Маша, смотря на него, вдруг улыбнулась сквозь навернувшиеся слёзы.
— Пап, сперва надо записаться.
Юра озадаченно почесал бороду.
— Да? Об этом я не подумал, тогда иди и записывайся.
Маша кивнула и вышла, на ходу набирая в мобильном телефоне номер клиники. Воспользовавшись тем, что дочери нет, Юра спросил:
— Маша больше ничего тебе не рассказывала?
Я понимала, о чём он — про отца малыша, может, мы по-девчачьи обсуждали чуть больше, чем дочь могла сказать сыну. Но я вынуждена была его разочаровать.
— Я знаю не больше тебя.
— Понятно, — повторил он ещё раз, на этот раз тише и более устало. — Значит, так и есть. Без отца.
Юра принялся расхаживать по кухне взад-вперёд, о чём-то напряжённо размышляя.
Наконец, он остановился и обернулся ко мне. В его глазах бушевала та самая буря, которую он старательно сдерживал при Маше.
— Кать, я… я в ярости. Честно. Мне хочется найти этого щенка и… — он с силой сжал кулаки, костяшки побелели. — Но это не поможет Машке. Но я ведь должен её защитить… Ладно. Это потом разберём. Сейчас… сейчас надо делать то, что надо. Врач. А потом… потом я, наверное, всё же попробую его найти.
Из комнаты вышла Маша, она уже успела переодеться и расчесать волосы.
— Записались. Сегодня в шесть, — она всё ещё нервничала, хотя уже и не так сильно. — Катя, — нерешительно замялась девушка, — я бы хотела, чтобы ты пошла со мной. Если ты, конечно, не…
Я колебалась всего секунду.
— Конечно
— Конечно, это даже не обсуждается.
Повеселев, Маша умчалась в свою комнату, точнее, в Юрину, в которой временно поселилась. А я принялась убирать со стола. Юра как мог помогал мне, но у него всё валилось из рук. Оно и понятно, такие новости обрушились на него.
— Сама справлюсь, — остановила я «помощника», уронившего в очередной раз чашку, — иди отдохни.
Юра с благодарностью взглянул на меня, похлопал себя по карманам, отыскивая сигареты, и, вынув пачку, ушёл на балкон восстанавливать нервную систему.
Я продолжила своё занятие, но меня отвлёк звонок телефона.
— Катерина, доброе утрр! — пытаясь отдышаться, словно после быстрой ходьбы или бега, поприветствовала меня Инка.
— Доброе, — согласилась я. — За тобой кто-то гонится?
Мне стало любопытно, куда или от кого она несётся в такую рань.
— Что? — не сразу поняла мой вопрос подруга. — А нет, это я просто решила спортом заниматься по утрам. У меня для тебя новости. Вчера поздно вечером заявился твой Костик, пытался вломиться в квартиру, тебя искал!
Вот это да. Значит, напрасно я расслабилась и решила, что всё устаканилось.
— И? — только и смогла вымолвить я.
— И чего? Димка его с лестницы спустил, сказал, что в следующий раз выкинет в окно. Правда, твой не сдавался и до утра у парадной дежурил, ждал тебя, видимо. Потом на работу умотал.
Час от часу не легче. Если ему что в голову взбрело, он не отступится. Так и будет разыскивать. Понятно, что первым к кому он пришёл — Инка. Потом к моей маме домой побежит. Она пока в больнице, потом сразу в санаторий уедет. Но там Володя, ему-то зачем такие переживания?
— … Чего ты молчишь? — Инка явно что-то говорила, пока я ушла в себя.
— Думаю, — ответила я. — Ин, прости, я не знала, что он к тебе притащится. После того как мы с ним последний раз виделись, мне казалось, он должен был понять.
На что подруга презрительно фыркнула:
— Ну-ну, плохо ты своего муженька знаешь.
Я закатила глаза, хотя Инка этого не видела.
— Практически бывшего, — поправила я. — Спасибо, что Димка не стал церемониться.
— Да не за что, — легко отмахнулась Инка, будто это было само собой разумеющимся. — Ты главное будь осторожнее. Костик какой-то взвинченный, нервный. Говорил, что должен тебя увидеть, что это очень важно.
Знала. Очень хорошо знала. У Костика всегда всё «очень важно» и «срочно».
— Поняла, Ин. Спасибо за предупреждение.
Мы попрощались, и я опустила телефон, обхватив ладонями тёплую чашку. Мысли путались. С одной стороны — радость и волнение за Машу, приезд Юры. С другой — прошлое в лице Костика.
С балкона доносился запах табака. Юра. Мне вдруг дико захотелось не говорить ему об этом. Не сейчас. Не в тот момент, когда он и так несёт на своих плечах груз новости о внуке и переживания за дочь. Его буря и так едва стихла.
Разберусь сама. Найду способ поговорить с Костиком, остудить его пыл, пока он не полез к Юре или, не дай бог, к маме.
В кухню вернулся Юра, пахнущий холодным воздухом и дымом. Он выглядел немного спокойнее, собраннее.