Эдакая красивая кукла для состоятельного мужика.
- Ну и что же ты молчишь, любимая? - наклоняется, я тут же отворачиваюсь.
Ни видеть, не слышать его не хочу. Противно, мерзко, отвратительно.
- Дима, отойди, - с трудом произношу.
- А если не отойду? - зарывается носом в моих волосах, вдыхает запах шампуня, с наслаждением стонет. - Ты пахнешь как грех, малышка.
Одна его рука опускается на плечо, слегка его сжимает. Морщусь, чуть язык не прикусив.
Замираю словно олень в свете фар. Кажется, даже не дышу.
- Нежная, отзывчивая, страстная.
Говоря все это, он меня лапает. Дотрагивается до всего. До каждого участка кожи.
Никакой отзывчивости в ответ. Никакой реакции. Я даже не мокрая, между ног сухо как в пустыне.
Впервые я не хочу мужа.
Впервые мне хочется одного - блевать. А потом часами стоять под душем... с жесткой мочалкой в руках и отбеливателем. Чтобы тереть себя и тереть... тереть и тереть, лишь бы избавиться от запаха Димы. Навсегда.
- Дмитрий Павлович, - голос за дверью, к которой я прижата. - Гости спрашивают вас.
Рука мужа замирает на моем втянувшемся животе. Так я спасалась от его прикосновений.
- Скоро буду, - разочаровано вздыхает, пристально на меня смотря.
Спасибо, Инна. Ты меня спасла... От любимого человека.
- Дима, отпусти меня.
И нет, я не говорю про сейчас, я имею ввиду наше расставание.
- Нет! - возвращается за ноутбук. - Закрыли тему, любимая. Иди и готовься.
Больше ни слова мне не говорит, мол я не желаю тратить на тебя свое драгоценное время. Тебе пора исполнять волю мужа.
На ватных ногах буквально выползаю из комнаты. Держась за стену, иду маленькими, очень болючими шажками. Словно Русалочка из сказки, которая лишилась хвоста, но обрела драгоценные ноги и жуткую боль при ходьбе.
- Ева Антоновна, вы в порядке? - домработница поддерживает под локоть.
- Все... все хорошо, - к горлу тошнота подкатывает. - Я… я… все хорошо... все хорошо, - словно заезженная пластинка.
Двигаюсь как робот. Совсем не разбирая дороги.
Кажется, будто меня в спину кто-то подгоняет. Ногами пиная, наступая.
Заставляя упасть на колени и зайтись в беззвучном крике.
Вся сжимаюсь в позе эмбриона. Задыхаюсь. Медленно умираю, горю от адского пламени.
И нигде нет спасения. Никто мне не поможет.
Дима просто так не даст мне развод. Это огромный удар по его самолюбию, репутации и власти.
- Ну и чего ты расселась? Жалкое зрелище.
Ира. Приперлась без приглашения.
- Убирайся, - шепчу охрипшим голосом.
Томази - триггер для меня. Сразу же перед глазами красная пелена ярости и большое желание - ее придушить.
Тоже мне подруга, которая с радостью крадет чужих мужчин.
- Я не могу, крошка, - обходит меня, садясь на кровать.
Чувствует себя здесь как королева. Змея подколодная. Тварь, которую я на груди пригрела.
- Пошла вон! - резко вскакиваю. Хватаю бывшую подругу за руку.
Оттащить к двери пытаюсь.
Сопротивляется. Смеётся дьявольски. Надменно. С презрением. И ненавистью. Словно это я влезла в ее семью и пытаюсь урвать место погорячее.
- Я никуда не уйду, Ева! - вырывается, от чего чуть не проезжаю лицом по стене.
- Убирайся из нашего дома!
Да уж. Вовремя ты спохватилась, дорогуша. Раньше надо было гнать эту суку, когда Дима тебя просил.
Ах-да, Воронова, подумай, почему он пытался ее прогнать, а? Может чтобы она не раскрыла их общую тайну? Чтобы она навсегда осталась его маленьким, грязным секретом?
- Он теперь и мой дом тоже, - язвительно.
- Чего? - рука, мечтающая дать ей пощёчину, замирает на полпути. - Что за чушь ты несёшь? Кто позволит тебе тут остаться?
- Я!
Резко к незваному гостю поворачиваемся.
Я в шоке. Ира безумно счастлива.