— Я должен был настоять, чтобы мы не возвращались.
Я настолько погряз в своих мыслях, что не заметил вошедшего Джахида. Кто его сюда пустил? Просил телохранителей не впускать никого в палату, кроме родственников. Ах да… заботливый братик.
Если этот малец снова будет качать права и обвинять меня во всех грехах, я сделаю все, чтобы он и близко не подходил к моему дворцу. Судя по конфликту с отцом, в отчем доме его вряд ли примут, если он, конечно, останется.
— Ты позаботился бы о ней лучше?
— Аллах свидетель, я дал сестре только лучшее и оберегал ее от переживаний.
— То есть от меня?
— Именно, — с вызовом Джахид взглянул на меня. — Зачем ты сказал, что отнимешь у нее ребенка после рождения.
— Он является моим по праву.
Парень усмехнулся и ходил туда-сюда. Аллах, он начинал меня раздражать своей нервозностью.
— Ты же в курсе, что наш отец бросил мать, когда Амине было пять?
— Слышал.
— Не отнимай ребенка у матери, шейх Карим.
Странно, голос Джахида звучал спокойно, но серьезный взгляд темно-карих глаз заставил меня насторожиться. К чему он это сказал? Он, как мужчина, знал итог, и что Амина при разводе не увидит взросление ребенка, даже если суд примет решение оставить его с матерью до семи лет.
— Отец ему нужнее. Особенно мальчику.
— Никто не заменит мать ни сыну, ни дочери. Никто.
— Знаешь об этом не понаслышке?
— Что здесь происходит? — Мы обернулись на знакомый женский голос.
Глава 10
— Что здесь происходит? — послышался знакомый женский голос. Кто бы сомневался, что она придет. Моя сестра-близнец.
Аиша.
Сейчас опять начнутся нравоучения, хотя я был рад видеть сестру. В последнее время она была занята дома с Абдулой и почти не навещала меня. По ее словам. Но мы оба знали истинную причину ее отсутствия.
— Ты что здесь делаешь?
— Слышала, Амина вернулась. Хотела навестить свою золовку. Я принесла немного сладостей из дома, ей должно понравится.
Неужели моя сестра думала, что Амину будут плохо кормить в нашей клинике? Я уже попросил ассистентов доктора приготовить для Амины хумус и лепешки, как она любила. Я видел, как она уплела их за обе щеки перед собранием.
— Она спит, — ответил за меня Джахид. — И сейчас моя очередь.
— Значит, пойдем вместе.
Аиша приподняла уголки полных, как у меня, губ и хлопнула пышными ресницами. И я помнил, что это значило. В нашей семье женщины не спорят с мужским решением, однако Аиша являлась исключением из правил.
— Тебе лучше побыть с братом.
— Я сама решу, что лучше для меня.
Джахид посмотрел на мою сестру так, словно перед ним стояла девушка с планеты неверных обезьян, а не праведная мусульманка и мать троих сыновей.
— Тебе надо побыть с братом.
— Ты будешь указывать шейхе?
Началось…
— Отойдем.
Я подхватил сестру за локоть и вывел прочь из палаты. Не хватало, чтобы она усложняла положение из-за своего скверного настроения. Вряд ли оно сегодня было веселым и жизнерадостным. По ряду причин.
— Зачем ты меня вывел? Я не позволю, чтобы какой-то мальчик указывал мне, что делать.
— Аиша! — жестче отрезал я, чувствуя, как гнев вновь заполняет тело. — Не испытывай мое терпение.
— Твое терпение? Я несколько часов жду тебя дома!
— Поэтому нужно ругаться с родственниками?
— Нет, вместо этого я буду ругаться с тобой, дорогой братик.
— Мы не дома, Аиша. Не стоит показывать характер в…
— Это правда, что ты ударил Амину?
Если бы я не пытался сдержать свою злость, то затащил бы сестру в кабинет и переговорил бы с глазу на глаз. После истории с Деборой, она лучше всех должна была понимать мои взгляды на домашнее насилие и насколько сильно я против рукоприкладства. Хотя… Она не до конца знала эту историю. Кроме дяди и Хусейна никто не знал подробности первого развода, да и слухи не дошли до сестры.