Перехожу дорогу, подхожу к дому и смотрю на окна. Свет горит на кухне, возможно, мужчина ужинает. Сердце колотится, как отбойный молоток.
Подожду немного, не буду мешать.
Я сажусь на ступеньки и смотрю вдаль. Снизу моря не видно, как со второго этажа, но зато прекрасно виден огненный закат. Небо окрашено в яркие цвета пламени, и от этого вида внутри появляется четкое ощущение, что все у меня будет хорошо. Мир не так уж плох, если брать жизнь в свои руки. Я слишком долго была под опекой родителей, а потом сразу под контролем мужа, но больше я этого не хочу. Я неопытная, но уверена, со всем справлюсь. Нужно просто взять и сделать.
– И долго ты собираешься здесь сидеть?
Я подскакиваю от неожиданности и больно налетаю бедром на перила.
Данил стоит на крыльце и изумленно на меня смотрит.
– Есть хочешь?
Глава 12
От неожиданного появления мужчины за спиной вся решимость улетучивается и пропадает дар речи.
Стою, смотрю и глупо хлопаю ресницами.
– У тебя, видимо, дело ко мне какое-то есть? – подсказывает Данил.
– Да, – отмираю я.
– Зайдешь? Я не кусаюсь, – легко улыбается хозяин дома, а я непроизвольно отвечаю тем же.
Поднимаюсь по ступенькам и вхожу следом за Данилом.
– Я только закончил делать теплый салат. Будешь? Пока не остыл.
Данил проходит на кухню, а я остаюсь в коридоре. Так стоять тоже глупо, поэтому заглядываю в проем.
– Я не хочу вас отвлекать от ужина, только один вопрос... Просьба скорее, и я уйду.
– Хорошо. Разувайся и проходи. Послушаю твой вопрос-просьбу.
Я зашла на кухню и оглянулась: светлая, просторная, мечта любой хозяйки. И очень чистая, наверно, здесь живет женщина.
Данил стоит возле стола и перемешивает содержимое высокой салатницы, рядом две тарелки.
– Простите, вы не один, – киваю головой на приборы. – Может, я тогда позже зайду?
– Нет, один. Это тарелка для тебя. Ты очень вовремя пришла. Понимаешь, – мужчина бросает на меня спокойный взгляд и снова возвращает его к тарелкам, – у меня фобия: я не могу есть в одиночестве. Вот просто ничего не лезет. Давай так: просьба за просьбу. Ты со мной поужинаешь, а я выполню твою просьбу, какая бы она не была. Согласна?
Моему удивлению нет предела.
– А разве есть такая фобия?
– Ну, как видишь, есть, – пожимает Данил плечами и накладывает мне полную тарелку салата с мясом.
Рот наполняется слюной, а желудок предательски громко урчит.
Данил улыбается одним уголком губ и кивает на стул.
– Твой желудок согласен, а ты?
Конечно, я тоже была согласна, тем более я не только помогу человеку и вкусно поем, но и смогу уговорить его дать мне рекомендации. Тем более он сам пообещал.
Я сажусь за стол рядом с Данилом и принимаюсь есть. Салат на удивление превосходный. Не знаю, что за заправку использовал мужчина, но я бы и хлебом ее вымокала. А я думала, мужчины не умеют готовить. По крайней мере, Макар и мой отец никогда таким не занимались.
– У вас очень уютная кухня, видно женскую руку. С любовью все, – делаю я комплимент, помня, как я любила свою кухню и вечно ее начищала.
– Да, у меня очень заботливая женщина, клининг называется, – улыбается Данил, а я впервые вижу его открытую улыбку.
– О! – смущаюсь я своей недальновидности. – Как же вы справляетесь со своей фобией? Все время гостей зовете?
– Не заву. Люблю одиночество. У меня есть плюшевый медведь. Большой. Его сажу рядом, – давится смехом мужчина.
– Издеваетесь надо мной, да? Нет у вас никакой фобии.
– Есть-есть, доедай лучше.
Данил встает из-за стола, а я чуть ли не вылизываю тарелку.
– Так что у тебя за просьба? – напоминает Данил, ставя тарелку с содержимым в микроволновку.
Я достаю записку с номером телефона и кладу на стол.
– Я нашла себе работу, но меня не хотят брать без рекомендаций. Поселок у вас небольшой, а по мне сразу видно, что приезжая. Не доверяют. Вот мне дали номер телефона и попросили, чтобы вы подтвердили, что знаете меня и что я не мошенница.