– Аврора, стой, – грозный рык летит в спину.
Останавливаюсь на тротуаре, но к мужчине не оборачиваюсь. Перед собой вижу припаркованную Ауди, а на пассажирском сидении рыжую Вику.
Оу, так вот почему мы такие злые. Я отвлекла мужчину от приятного времяпровождения.
– Аврора, – догоняет меня Данил, берет за предплечье и разворачивает к себе.
Голову не поднимаю. Не хочу, чтобы он видел мои непрошенные слезы.
– Это как все понимать? – в голосе слышен металл. – Почему ты решила, что можешь заделаться ко мне в родственники и прикрываться моим именем?
От Данила исходили искры негодования. Я не раз доставляла ему хлопот, но это впервые, когда я чувствую от него еле сдерживаемую ярость.
– Почему молчишь? Кто ты такая, что позволила себе стать моей сестрой? Моя сестра никогда бы так не поступила. Мне плевать на слухи, но я предпочитаю жить спокойно, именно поэтому я живу в этом поселке. Почему мне звонят поздним вечером и сообщают, что моя родственница спит на полу коморки? Приезжайте, разберитесь. Ты реально думаешь, что мне больше заняться нечем?
Каждое громкое слово Данила осколком вонзается под кожу и парализует дух. Я немею, страх, что сейчас в ход пойдут руки, сковывает разум. Я смотрю в одну точку – на сжатый кулак мужчины и слышу, как в ушах набатом все громче стучит пульс. Я практически не понимаю, о чем говорит Данил, но нужно извиниться, быстро, искренне и бежать, пока эта сжатая в камень ладонь не поднялась вверх.
Он злится, потому что я испортила ему вечер с Викой. Я понимаю, снова принесла ему проблемы. Как же самой справиться со всем этим?
Я вскидываю лицо вверх, и слезы прорываются на щеки.
– Извините. Пожалуйста. Я не хотела испортить вам вечер...
– Данил, мы скоро поедем? – слышу голос Вики, которая, не выдержав, вышла из машины.
Мужчина переводит взгляд на свою спутницу, а я понимаю, что это мой шанс.
Я срываюсь с места и бегу по тротуару, не разбирая дороги. Вижу переулок, сворачиваю в него. Перед глазами все плывет, тошнота подступает к горлу, а виски начинают сдавливать.
Чувствую, что мне плохо. О, пожалуйста, только не сейчас, сколько можно мне вставлять палки в колеса?
Дышать трудно, приваливаюсь спиной к прохладной стене здания и закрываю глаза. Пусть все пройдет, пожалуйста. Я обещаю хорошо выспаться и завтра плотно поесть. Только бы не рухнуть.
Но тело стремительно слабеет, и я еле стою.
– Аврора! – слышу рядом голос Данила и срываюсь на откровенный плачь.
Закрываю лицо и рыдаю. Чувствую, как мужские руки обхватывают за плечи, тянут на себя и прижимают к широкой и такой надежной груди.
– Я не могла найти работу, а хозяйка поняла, что я не местная! Откуда я знала, что она потребует звонок от вас, и зачем зашла в подсобку!? – причитала я сквозь слезы, пытаясь хоть как-то оправдаться в глазах мужчины. – Все нормально же было, я никого не трогаю, просто хочу заработать денег на еду и жилье, и все.
От истерики мотор в груди начинает судорожно тарахтеть, а ноги подкашиваться, но мускулистые руки, словно не замечают моей слабости и крепко удерживают в объятиях.
– Дурочка, ты такая глупая и гордая девочка, что сама не понимаешь, насколько опрометчиво поступаешь. Что стоило сказать, что жить негде? Я же спрашивал. Ты боишься меня? Или чего?
Я неопределенно качаю головой, устало опускаю руки и без сил приваливаюсь к груди Данила.
– Не хочу больше зависеть от мужчин... Хочу сама решать... Чтобы не трогал никто... – еле двигая языком, пытаюсь ответить я, но силы покидают, и я проваливаюсь в пропасть.
Визуал 3
Кажется, я забывала показать вам рыжую Вику.
Встречаем!
Виктория - управляющая отелем, помощница Данила и очень стервозная девушка.