Лена поднимает голову, и ее взгляд упирается в меня. В ее затуманенных от возбуждения глазах вспыхивает осознание, что они не одни, затем узнавание и паника. Секретарша дергается, чтобы опустить ногу и одернуть юбку, но Макар крепко стискивает девушку за шею и с нажимом кладет грудью на стол.
Я перевожу взгляд с испуганной девушки на мужа, и душа уходит в пятки. Макар не сводит с меня уничтожающего взгляда, одновременно с этим остервенело трахает дергающуюся секретаршу.
Я пячусь назад. От предчувствия беды кровь сходит с лица. На фоне происходящего моя идея удивить мужа, кажется нелепой и бестолковой.
Чем я хотела изумить? Воздушным платьем? Робкими мыслями и попытками завести Макара своей сахарностью? Здесь нужен, вон, жгучий перец: глубокий вырез, прозрачный бюстгальтер, двенадцатисантиметровая шпилька и только название от трусов.
Ошеломленная и невероятно перепуганная, я упираюсь спиной в дверь, на ощупь нахожу ручку и также задом продолжаю пятиться на выход.
– Стоять! – рявкает муж на весь кабинет, затем запрокидывает голову и диким зверем рычит в потолок.
С Леной он закончил.
Приветствую вас в моей новой книге.
История предполагает быть романтичной, сладкой, упоительной, пока, конечно, на горизонте нет мужа-тирана.
Подпишитесь на мою страницу, чтобы не пропустить новые главы.
После полуночи покажу вам первые визуалы.
Глава 3
Когда-то я любила своего мужа, но сейчас испытываю лишь страх и отвращение. Ни один нормальный мужчина не заставит свою жену смотреть, как он изменяет со шлюхой-секретаршей, и не станет унижать любовницу ради собственной похоти.
Я продолжаю стоять и записывать на пленку памяти всю мерзость, происходящую перед глазами.
Макар скатывает презерватив, связывает его и бросает в мусорное ведро. Лена, потупив взгляд, сползает со стола, спешно одергивает юбку и, стянув на груди блузку, бросается на выход из кабинета.
Пробегая мимо меня, она на мгновение замедляется, потом, передумав, бросает на ходу тихое: «Простите меня, Аврора Геннадьевна» и быстро скрывается за дверью приемной.
Я даже не сразу соображаю, что это мне. Где-то далеко внутри становится смешно. Сначала эта стерва оголяет зад перед моим мужем, а потом бросает робкое «простите»? Лицемерка. И какая же тварь этот Макар.
Дверь громко захлопывается, а у меня в голове, словно бомба взрывается.
Я остаюсь одна с моим домашним деспотом. Одно успокаивает, что на людях муж не позволит себе на меня кричать, не станет скандалом порочить свою репутацию.
Макар как ни в чем не бывало садится в кожаное кресло, закидывает ногу на ногу и яростно буравит меня взглядом.
– Ты испортила мне десерт после завтрака, – цедит он, заметно сдерживая эмоции.
Я молчу. У меня нет права голоса.
А что я скажу? Извините?
Нет! Мой муж трахается за спиной законной жены, а сам устраивает скандал, если я не так посмотрю на кассира?
Или нужно устроить сцену ревности? За такую наглость меня посадят под домашний арест, будут кормить, чтобы не сдохла, и там, на месте же удовлетворять свои животные потребности.
Господи, это какой-то сюр, мне кажется, я просто схожу с ума. Моя жизнь превратилась в абсурд, а я не знаю, как вытащить себя.
– Хочешь устроить сцену ревности? – грозно бросает муж, а я отрицательно качаю головой.
Я хочу лишь убраться отсюда.
– А что так? – хмыкает Макар. – Понравилось смотреть?
Снова качаю головой.
– Я пойду, Макар, – тихо говорю я и разворачиваюсь к двери.
– Стоять! Сюда иди.
Я замираю, сердце колотится и внутри все сжимается от надвигающегося удара.
– Подойди, Аврора! – рычит муж.
Я медленно поворачиваюсь и делаю несколько шагов в сторону стола.
– Аврора, ты тряпка. Бесхребетная, заунылая, фригидная моль. Ты скучная, ничем не примечательная, такая себе тихая, серенькая мышь. Ты боишься открыть рот в мою сторону, и это правильно, – Макар угрожающе встает с кресла и, сцепив кулаки, надвигается на меня. – Я не терплю неповиновения, зато обожаю запуганных девочек, как ты.