Мой малыш... Недолго я радовалась, что скоро стану мамой, и буду кому-то искренне нужна, как этот монстр снова отобрал у меня надежду.
Ненавижу. Всем сердцем желаю, чтобы Макар исчез с лица земли, но пока исчезаю только я.
От испуга сердце бешено колотится в груди – я же забыла про телефон. Если Макар сейчас позвонит мне, то я раскрою себя для водителя.
Лезу в сумочку и достаю мобильник. Облегчение: он выключен. Видимо, разрядился. Я не заряжала его со вчерашнего дня.
Ложусь на руку и закрываю глаза. Не знаю, как я осмелилась на этот безумный шаг, но я это сделала. Я сбежала от тирана-мужа. Птичка вылетела из клетки, а куда я дальше пойду, и где буду жить, подумаю позже. Нужно сначала понять, куда заведет меня этот день.
***
Я медленно открываю тяжелые веки и, как сквозь вату, слышу в салоне шум. В просвете между моим деревянным укрытием, вижу, как крепкие мужские руки обхватывают коробки и куда-то уносят.
Сейчас. Нужно бежать именно сейчас, пока меня не обнаружили. Я думаю об этом, но с места не двигаюсь. Тело не слушается, в руках и ногах нет сил, а веки снова тяжелеют.
Одну минутку, я полежу еще чуть-чуть и поднимусь. Глаза закрываются и буквально слипаются, только на границе остатков сознания, я понимаю, что в опасности, меня могут обнаружить, но на этом все. Я полностью вырубаюсь.
***
Вспышка. Кто-то трогает меня за плечо. Слегка трясет. Понимаю, что меня зовут, но я не могу выбраться из уютной тьмы, в которой все еще тону.
Легкое прикосновение к моему лицу, низкий голос что-то говорит. Я не могу даже открыть глаза, не то, что ответить.
Провал в пропасть. Так лучше.
Снова вспышка в сознании. Крепкие руки поднимают мое тело и аккуратно прижимают к груди. Через ткань я чувствую жар, исходящий от кожи. Это мужчина.
Ветерок. В нос ударяется смесь свежего бриза, лайма и чего-то терпкого. Я втягиваю потрясающий аромат и расслабляюсь. Внутри появляется стойкая уверенность, что я в безопасности. Так пахнут мужчины, которые не могут обидеть, которым можно доверять.
Я обмякаю и уношусь в липкие сновидения, лишь на последних секундах успеваю подумать, что никаким мужчинам верить нельзя, никогда, ни за что, и какую хрень мне дала моя врач, что я никак не могу проснуться.
***
Очень уютно и тепло. Я лежу в коконе мягких перин, а прохладное дуновение ветерка приятно гуляет по моей коже. Я снова слышу эту смесь свежести и несгибаемой воли. Что это? Дерево, кожа, мускатный орех? Да, кажется, последнее, дающий легкую горечь.
Что-то касается моей руки: прохладное и гладкое.
Не больно и хорошо.
А вот когда на мою грудную клетку ложится холодный металл, я полностью выныриваю из забвенного сна, хватаю нечто, откидываю от себя и, подскочив, по инерции забиваюсь в угол.
Медленнее, чем хотелось, я окончательно прихожу в себя, глаза различают обстановку, а мозг получает сигналы извне.
Я сижу на огромной кровати, застеленной белоснежным бельем, а передо мной на стуле сидит удивленный мужчина в белом халате – доктор, и скатывает в руках стетоскоп.
В этот момент в комнату заходит еще один мужчина и с кружкой в руках застывает возле доктора.
– Данил Сергеевич, чего она у тебя нервная такая? – кивает на меня мужчина в белом.
Данил Сергеевич пожимает плечами, подходит вплотную к кровати и протягивает мне чашку.
– Это чай. Просто сладкий, теплый чай.
Я смотрю на кружку и с сомнением беру ее. Смотрю на содержимое: правда, чай.
Пить не спешу. Я не знаю, кто эти люди. Может, они работают на Макара и что-то подсыпали в чай, чтобы удержать меня до его приезда.
– Как тебя зовут? – спокойно спрашивает мужчина.
Я отрываю глаза от чая и смотрю на него. Высокий, мощный, с сильными, мускулистыми руками. Через вырез рубашки на широкой груди видны татуировки, предплечья тоже все в темных рисунках. Смотрю на лицо: русые волосы и невозмутимые, спокойные голубые глаза.
Я не чувствую в нем опасности, его вид не враждебный, не злой, но и радости оттого, что я в его доме, тоже не видно.