Паркуюсь я у офиса Гордея на том же месте. В этот раз ни его, ни воздушно-припадочной поварихи нет в поле зрения. Долго не раздумываю — выхожу из машины решительно и иду в здание.
— Привет, Лиз, — здороваюсь с его секретаршей, что смотрит на меня с удивлением. Я тут и раньше не частым гостем была, а теперь, наверное, она совсем не ожидает видеть меня. — Гордей у себя?
— Да…
Наверное, ей не особенно нравится, что я в который раз вот так игнорирую правило о том, что обо мне боссу она должна доложить.
— Один?
— Один.
— Отлично.
Иду к двери, коротко стучусь и приоткрываю. Стараюсь игнорировать нарастающую скорость пульса. Контролирую дыхание.
— Привет, Гордей. Я ненадолго тебя отвлеку, — говорю с порога и прохожу к его столу.
— Здравствуй, Ирина, — поднимает удивлённо брови. — Не ожидал.
— Да я и сама… — вторую часть мысли произношу уже у себя в голове. Надо по порядку.
Может мне кажется, но я чувствую от него некую дистанцию. Как будто бы… он выстроил стену. Взгляд более холодный, что ли.
Наверное, я оказалась права насчёт поварихи. Они вместе, и Гордей выстраивает границы. Это нормально.
Внезапно больно для меня, но в целом ожидаемо и объяснимо.
Но тем не менее, этот факт не исключает того, зачем я пришла.
— Нужно поговорить.
— Присаживайся, — кивает на кресло напротив и заметно напрягается. — С Викой всё хорошо?
— Да-да, не волнуйся.
— Ну тогда слушаю, — он чуть расслабляется, но по прежнему сосредоточенно смотрит на меня.
Повисает пауза.
Я прочищаю горло, но слова так и застревают.
Лучше начну с момента с Сабуровым. А потом про ребёнка. Мне нужно решиться.
— Гордей, я думаю, тебе нужно быть внимательным с Сабуровым.
Он сначала вскидывает брови, а потом хмурится, откинувшись на спинку кресла.
— Ира, я и так с ним внимателен всегда. Но ведь тебя привело что-то конкретное?
— Да, — киваю. — Я не совсем понимаю, как это расценивать, но подозреваю, что он что-то замышляет. Может, мне стоило узнать сначала подробнее…
— Так, стоп. — Гордей выпрямляется и кладёт с хлопком ладони перед собой на стол. — Давай сразу, Ира: о чём бы речь сейчас не пошла, ты НЕ влезаешь в это. Ничего не выясняешь, не пытаешься разобраться. Я тебе уже сказал: Сабуров опасен. А теперь — что именно ты подозреваешь?
Я рассказываю Гордею подробно возникшую в конференц-зале ситуацию, и что именно я увидела. Про папку с документами, про схему канализации здания, чей адрес я узнала.
— Только сфотографировать я не успела, — пожимаю плечами с сожалением.
А потом замолкаю, наблюдая за его реакцией. Сначала он хмурится, а потом встаёт и отходит к окну.
— Вот козёл, — в итоге выдаёт. — Так и знал, что с этой санитарной службой не всё так просто.
— Проблемы?
— Есть такое, — Гордей поворачивается, но говорит как-то неохотно. Будто сомневается, стоит ли со мной делиться подробностями. — Канализационная система нового филиала с косяками. Мне кажется, предыдущий владелец сливал нечистоты в реку. Основной отвод был повреждён, и он, не желая заморачиваться, много лет просто сливал в воду.
— Ого, — удивлённо смотрю на него. — За это ведь можно…
— Хорошо схлопотать, да. И не без помощи Сабурова. Мы, конечно, всё переделали, но санитарная служба тянет с подписью документов. Уже третья инспекция прошла — и по прежнему на рассмотрении.
Думаю, я оказалась права — Сабуров продолжает играть нечестно. Пытается подставить Гордея под серьёзный штраф и закрытие филиала.
— В любом случае, Ира, ты больше в это не лезешь и никак не подаёшь вида, что в курсе. Поняла? — говорит строго, упершись руками в бока. — Я сам. И… спасибо.
— Пожалуйста, — киваю. В коленях саднит от дрожи и слабости, в животе появляется щекотка. Пришло время сказать ему… Боже, почему я так нервничаю? — Гордей, я…
Сидеть спокойно не могу. Встаю, но тут распахивается дверь.
— Привет, слушай, я по важному делу. Лизы не было на месте, и я…
Блондинка.
Снова.
Где ты, мать твою, берёшься каждый раз?
Будто чуйка у неё какая-то.
— Ой, здравствуйте, — она замечает меня и распахивает глаза. — Простите, я думала Гордей не занят, а Лизы не было, но я могу позже, если что…
— Нет-нет, — от натянутой улыбки у меня сводит скулы. — У вас же по срочному делу. Оставайтесь, это мне уже пора.
Забираю сумочку и иду к двери, не оглядываясь. Мышцы в таком напряжении, что кажется, будто в спину лом вставили.
А ещё тошнота подкатывает резкой удушающей волной. То ли токсикоз, то ли реакция на эту слащавую повариху.