Хотя девочки с ресепшена БЦ, где сидел «Надзор», пока еще мило улыбались и покурить выходили с удовольствием.
Но чуял я, что это ненадолго.
А своему куратору в столицу я отписал где-то в середине второй недели весьма лаконичный месседж: «Ревизор обнаружил: в региональном Управлении завал. Процветают взятки, лажа, кумовство»
Ответ заставил задуматься: «Аргументы через год должны быть титановые».
А пока я, сидя в свой очередной входной за компом, в попытке свести концы с концами в отчетах за предыдущий год и с ужасом думал о предстоящих разборках в годе настоящем, прилетело еще одно, давно ожидаемое мной сообщение. Которое стоило мне не только нервов и длительных уговоров, но также полугодовой зарплаты.
«В ту ночь Н. приводил в клуб Евгению – жену Павла Аникеева, дочь Виталия Жарова. Настоятельно не рекомендую тебе лезть в это занятное семейство. Весь строительный бизнес твоего отца против добывающей промышленности страны – пшик. Просто порадуйся своему везению. И молчи».
Ну уж нет.
[1] Кукуруза – в просторечье башня «Лахта-центра». «Лахта-центр» — общественно-деловой комплекс, расположенный на территории муниципального образования Лахта-Ольгино в Приморском районе Санкт-Петербурга. Комплекс состоит из 5 объектов:
* башни;
* многофункционального здания (МФЗ);
* здания арки главного входа;
* комплекса зданий и сооружений (КЗС);
* стилобата.
Общая площадь объектов комплекса составляет 570 тысяч м². В главном (высотном) здании комплекса располагается штаб-квартира российской корпорации «Газпром». Башня «Лахта-центра» высотой 462 метра стала самым северным небоскрёбом в мире.
Глава 8: Тонкие намеки Вселенной
«От Москвы до самых до окраин,
С южных гор до северных морей
Человек проходит, как хозяин
Необъятной Родины своей…»
В. Лебедев-Кумач «Песня о Родине»
Кофе и шоколад немного успокоили взбунтовавшуюся паранойю.
В конце концов, дама я свободная, взрослая, самостоятельная. Могу позволить себе расслабиться хоть бы и в закрытом клубе.
Чтоб там Женечке с Пашей икалось, да.
Кое-как успокоившись и немного придя в себя, полезла разбирать рабочую почту.
И обалдела.
По графику у нас в понедельник стартовала очередная камеральная проверка одного из объектов Плана капитального ремонта сего года.
И вроде все, как всегда: получаем из филиала документы по описи, проверяем, затем с сопроводительным письмом пересылаем всю эту «радость» в «Надзор», а потом звоним нашему куратору и осторожно интересуемся:
- А все ли дошло? А номер входящий скажите, пожалуйста, для регистрации. А все вас устраивает? А всего ли хватает.
И все это вежливо!
Веж-ли-во.
Они там, к сожалению, все такие обидчивые и капризные. Даже мужики.
Особенно мужики.
Мнительные, катастрофа просто.
Не так обратилась? Не тем тоном сказала? Получи пару замечаний идиотских, за которые тебя обязательно жестко вздрючит руководство, и которые, по сути, яйца выеденного не стоят, но теперь ты снимать их натурально затра… задолбаешься.
А представители нашего курирующего отдела в «Надзоре» они того, ну, на постельные подвиги не вдохновляют.
Поэтому, пробежав свежим, успокоившимся взглядом «Журнал исходящих документов» собственного отдела, несколько офигела.
А прикинув и повертев ситуацию и так и этак, поняла, что придется брать «помощь зала».
Очень кстати вот уже два года, как в «Надзоре» появилась милая девочка, Кристина Александровна, с которой удалось наладить вполне приличные ровные взаимоотношения.
- Кристиночка, дорогая, что там на следующей проверке у нас такое странное происходит?
Обычно задорная и хохочущая Кристина внезапно шепчет:
- Ой, Василина Васильевна, и не говорите! Вы не представляете! У нас тут шухер: ревизор из столицы явился, всех строит, дела за несколько лет шерстит, придирается. Наши все затаились.