И, конечно, сам он не вчера родился, и про все подводные течения и политические веяния в курсе, да.
Но есть принципиальные моменты: то, что залили бетон с нарушением технологии – это «Жопа и трындец. Скалывайте и переделывайте на хрен!» несмотря на стоимость работ, а то, что нет подписи начальника участка в листе ознакомления – это «Исправьте бегом, а то получите пиз*лей». Мелочь досадная. Устранили в момент, закрыли и забыли. Не о чем говорить.
И не надо путать теплое с мягким!
Сто – пятьсот замечаний в Акте строительной инспекции ни хрена не улучшат состояние объекта, снизят коэффициент компании, обозлят сотрудников и руководство проверяемых организаций и, рано или поздно, выйдут самому «Надзору» боком.
А проблемы на объектах так и останутся.
Потому что надо выбирать то, что действительно важно, а не шелестеть документами и прикапываться к формальностям, радостно рапортуя руководству, какие инспектора молодцы.
Увы, в местном филиале дела ведутся на «отъе*ись», наплевав на суть и смысл, зато со всем почтением к букве закона. В категорическом отрыве от реальности.
Если кратко: из рук вон плохо, а надо – правильно. А в случае их объектов проверки куда важнее «физика на земле», чем бумажки.
Но нет, заявляют эти милые люди:
- Мы работаем по-другому… уж сколько лет, и все нормально!
Вот ведь заразы самоуверенные и заносчивые.
Так и хочется спросить:
- Кто вам сказал, что у вас все нормально? Просто крупных аварий давно не было. Мост не падал, дом не рушился, ограждение в болото не уходило и трасса газопровода не всплывала, потому что вы прохлопали бракованные пригруза при балластировке.
Прошерстив отчеты прошлого года и отметив особо избранные моменты, понял, что зол невероятно.
Пойти перекусить, что ли?
Вот такой весь встрепанный и недовольный, проходил мимо администраторов БЦ.
- Ой, Егор, давно не виделись, – разулыбалась Машенька.
Легко и просто запомнить, потому что похожа на солистку группы «Маша и медведи».
Поздоровался, поглядел вопросительно.
- А я тут кое-что для тебя узнала, – и глазами так намекающе на кафе указывает.
- С удовольствием выпью кофе в твоей компании.
Хрен с ним, с обедом.
Информация, пусть ему сейчас и не до той нервной дамочки было, может, и пригодится.
- Это Василькова Василина, из «Севзаптранса». Приходила на переаттестацию по «Промышленной безопасности».
Занятно.
Надо будет профиль ее глянуть в системе.
Все, кто тут аттестовывался, имеют личное дело, а коды доступа у него случайно есть.
Поблагодарил Машу, угостил еще чашкой кофе, наплевал на явные авансы постельной направленности. Слишком много у него дел, башка не варит, и любая левая баба сейчас категорически некстати. Тем более что аж в глазах темнеет, стоит только Женечку вспомнить.
Поэтому прикинулся слепым, глухим и тупым.
Машенька, печально вздохнув, удалилась на рабочее место, а он, слопав какой-то древний бутерброд, отправился к себе. Грести те кучи дерьма, которые ему внезапно подкинула жизнь.
И где?
В Северной Столице, почитай во втором после Москвы центре кристаллизации «Надзора».
- Чудны дела твои, Господи, – говорила его покойная бабушка.
А вот через пару дней был маленький перерыв в обработке и сведении данных, и перестук каблучков Василины вдруг всплыл в башке.
Пошуршал, нашел профиль.
Зачитался.
Выходило складно: образование, опыт работы, многочисленные повышения квалификации, промежуточные аттестации и комментарии руководства – все более, чем достойно.
Такая оказалась дамочка, ну, «на своем месте». Если и пристроенная изначально, то сейчас вполне годная и подходящая по всем основным требованиям.
Официальное фото мало что демонстрировало: обычная женщина со сдержанным макияжем и узлом волос на макушке.
Почему-то показалось, что он её где-то встречал.
Ну, может быть, в столице на конференциях пересекались или на корпоративе каком?