— Марина Андреевна, — говорил он мне своим басом, — я, конечно, все понимаю. Красота. Но вот эта балка, которую вы хотите сохранить, – она же гнилая. Проще ее спилить и поставить новую, металлическую. Надежнее будет.
— Нет, Борис, — отвечала я, в сотый раз за день сверяясь с чертежами. — Мы ее укрепим. Очистим. Покроем специальным составом. Она должна остаться.
Он смотрел на меня, как на сумасшедшую, но спорить не решался. Приказ Руслана был законом.
Разумеется, наше бурное начало не осталось незамеченным. На третий день, когда рабочие начали снимать со стен старую штукатурку, обнажая прекрасный красный кирпич, на пороге появился Олег.
Он стоял, засунув руки в карманы дорогого пальто, и с презрительной усмешкой смотрел на весь этот хаос.
— А мне тут птички напели, что моя бывшая жена решила в бизнес-леди поиграть, — сказал он, подойдя ко мне. — Решила открыть кофейню? Мило. Очень в твоем стиле. Уютненько.
— Ресторан, — поправила я его, не отрываясь от своих бумаг.
— Ресторан? — он рассмеялся. — В этой развалюхе? Марин, не смеши меня. Ты хоть представляешь, сколько денег нужно сюда вбухать?
— Представляю.
— Да что ты можешь представлять? — его тон стал злым. — Ты всегда была хороша только в том, чтобы тратить деньги. Кто тебе дал на это средства? Нашла нового папика?
— Это не твое дело, — отрезала я.
— Конечно, мое! — воскликнул он. — Ты строишь какой-то сарай прямо напротив моего заведения! Ты пытаешься мне насолить? Это так мелко, Марина!
— Я не пытаюсь тебе насолить, Олег, — я наконец посмотрела ему в глаза. — Я строю свой бизнес. А то, что он находится напротив твоего, – это просто удачное совпадение. Для меня.
Он хотел что-то ответить, но в этот момент из здания вышел Борис. Он смерил Олега тяжелым взглядом и обратился ко мне.
— Андреевна, тут проблема. Под старой штукатуркой трещина пошла по несущей стене. Серьезная. Нужно вызывать инженера, делать экспертизу. Это затянет все минимум на неделю. И в смету мы уже не укладываемся.
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Простой. Незапланированные расходы. Я посмотрела на Олега. На его лице была откровенная, неприкрытая радость. Он победил.
— Я же говорил, — протянул он с наслаждением. — Развалюха. Удачи тебе с твоим грандиозным проектом, дорогая. Кажется, он развалится, так и не начавшись.
Он развернулся и пошел прочь, насвистывая какую-то мелодию.
Я осталась стоять посреди строительного хаоса, глядя на зловещую трещину в стене. Это был первый серьезный удар. И я знала, что прямо сейчас Борис будет звонить Руслану, чтобы доложить о провале.
Глава 15
Я осталась стоять посреди строительного хаоса, глядя на зловещую трещину в стене. Она ползла вверх, как уродливый шрам, пересекая все мои надежды. Олег ушел, насвистывая, а я осталась наедине с катастрофой.
Борис, мой хмурый прораб, деликатно откашлялся.
— Андреевна, я должен доложить Руслану Викторовичу, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — Таков порядок. Любое отклонение от проекта, любая задержка – я докладываю немедленно.
— Я понимаю, Борис, — прохрипела я, не в силах отвести взгляд от трещины. — Звоните.
Он отошел в сторону, достал телефон. Я не слышала, что именно он говорил, но видела, как напряглось его лицо, как он кивал, слушая ответы на том конце. Разговор был коротким. Когда он подошел ко мне, на его лице было такое выражение, будто он собирается сообщить мне о смерти любимой канарейки.
— Он едет, — коротко сказал Борис.
— Что? — я не поверила своим ушам. — Сюда? Прямо сейчас?
— Сказал, что будет через пятнадцать минут. И велел никого не отпускать.
Пятнадцать минут. Пятнадцать минут до моей казни. Я почувствовала, как ноги становятся ватными. Катя, которая все это время молча стояла рядом, подошла и крепко сжала мою руку.
— Держись, — прошептала она. — Что бы он ни сказал, не дай ему увидеть твой страх.
Ровно через пятнадцать минут к зданию подъехал уже знакомый мне черный внедорожник. Руслан вышел из него так же стремительно, как и в прошлый раз. Он был в том же деловом костюме, что и в офисе, но сейчас он казался не просто инвестором, а инквизитором, прибывшим на суд.
Он не поздоровался. Не удостоил меня даже взглядом. Он молча прошел мимо меня к трещине. Борис тут же начал докладывать, сыпля техническими терминами: «скрытый дефект», «нарушение целостности конструкции», «необходима полная экспертиза и укрепление стены».
Руслан слушал молча, провел рукой по шершавому кирпичу рядом с трещиной, постучал по стене костяшками пальцев. Потом он медленно повернулся ко мне. Его серые глаза были холоднее, чем февральский лед.