Волосы цвета спелой вишни сияли здоровым блеском и струились крупными, гладкими волнами, уложенные на одну сторону. Зеленые глаза ярко сверкали, а взгляд стал походить на кошачий из-за вытянутых стрелок.
Но даже не это привело меня в полный восторг. Хотя чего уж скрывать, так хорошо я, пожалуй, не выглядела еще никогда. На моей коже сейчас не осталось совершенно никаких следов усталости, не было больше бледности и мертвецкого оттенка.
Сейчас она сияла так, будто я неделю провела на каком-нибудь курорте, хорошенько отсыпаясь и питаясь исключительно полезной и питательной едой.
А аккуратный красный маникюр только чего стоил.
В общем, сказать, что я осталась в полном восторге, значит, не сказать ничего. Теперь я лично на себе смогла убедиться в том, что салон красоты мадам Бошар не зря считался самым лучшим в столице.
И, продолжая пребывать в состоянии эйфории, я шепнула девушке-администратору, чтобы она добавила в счет, который направится завтра прямиком к Маркусу десять процентов к сумме услуг в качестве бонуса и моей благодарности мастеру Ренору.
Пусть этот упырь расплачивается за мою красоту и хорошее настроение.
Сам мастер провожал меня так, будто родную дочь на ее первый в жизни прием отправляет. И он, конечно, просил меня еще вернуться в их салон. Потому что господину Ренору хотелось поэкспериментировать с моими волосами и прическами.
Вот только не уверена, что смогу подобным варварским образом отнестись к кошельку и бюджету будущего супруга. Поэтому ничего определенного уважаемому мастеру я обещать не стала.
Покинув салон, направилась в бутик, что располагался на соседней улице. Девушки, работающие там, меня сначала даже не узнали. Зато потом, после того как узнавание все же произошло, я получила очередную порцию комплиментов, свое платье и прекрасные туфельки на высоком каблуке к нему в комплект.
Любезные сотрудницы бутика вызвались мне помочь с наймом экипажа. И, общими усилиями, уже спустя полчаса я подъезжала к воротам роскошного особняка лорда Бэкстера, выглядя при этом на все сто из ста.
Выбравшись из экипажа, я нахмурилась, заметив, что на этот раз парадный вход, ведущий в особняк, не пустовал. И дворецкий неожиданно объявился, стоя у распахнутых дверей с видом человека, который днями и ночами рьяно выполняет свои обязанности.
Так-так-так, кажется, в доме грозного и сурового лорда Бэкстера не только любовницы отбились от рук. И куда этот упырь только смотрит?
Хотя понятно, куда. У него сейчас другие заботы. Ему в состав совета кровь из носу нужно попасть.
Решив, что отбившиеся от рук слуги будущего бывшего мужа совершенно точно не моя забота, я выбросила безалаберность дворецкого из головы. В конце концов, если бы он где-то не прохлаждался все это время, вряд ли бы я дом могла беспрепятственно покидать.
Зато сейчас я не знала, как мне проникнуть внутрь. Однозначно же попросит приглашение, которого у меня нет.
Идти искать черный вход или вход для слуг? Может, сделаю только хуже. Завалюсь куда-нибудь на кухню, где они снова в полном составе. И до зала, в котором проходит прием, даже дойти не успею. Они раньше ускачут Маркусу докладывать о моем самоуправстве.
Решив, что черный вход – точно не выход, я сделала морду кирпичом и направилась прямиком к дворецкому.
— Приглашение? — лениво уточнил он, скользнув по мне равнодушным взглядом.
Ну, все, как я и ожидала.
Вот только мямлить или тушеваться я не собиралась.
Окинув мужчину презрительным взглядом, холодно уточнила, выгибая подкрашенную бровь:
— Хозяйку дома не узнали?
Ох, одно только вытянувшееся лицо дворецкого стоило того, чтобы произнести эту фразу.
Он начал что-то мямлить в ответ, явно не ожидая увидеть меня в таком виде, да еще и услышать от меня нечто подобное.
Но дожидаться, пока он там разродится с внятным ответом, я не стала. И, отодвинув его плечом, шагнула внутрь дома, проходя мимо него степенно и размеренно, не забывая держать голову высоко поднятой.
Правда, завернув за угол, я тут же ускорилась и начала куда агрессивнее стучать своими каблучками.
Нужно было поторапливаться, пока дворецкий не опомнился и не успел меня догнать, а то и обогнать.