Но тот, к кому было обращено его внимание, выглядел соответствующе — его лысина блестела от пота, рот приоткрыт, а пальцы отстукивали подушечками нервную чечетку по столу. При этом он был старше Князева и, уверена, ненавидел его сейчас очень сильно.
— Алексей Антонович, у вас есть комментарий по ситуации? — взял голос мужчина, сидевший так, что мне не было его видно прежде. Пришлось слегка податься вперед.
Говоривший оказался единственным в деловом костюме помимо Князева. И ему в глаза вообще не хотелось смотреть никогда в жизни. Что у них тут за заседание богов? Куда я попала?
— Наша ошибка, Лев Давидович. Нельзя не признать, — кивал лысый.
— Понятно, — не скрыл разочарования в голосе Лев Давидович.
— А еще мне интересно, как я должен обсуждать подробности операции с теми, кто не проходит по классу допуска, — вдруг процедил Князев, и я обнаружила, что смотрит он прямо на меня.
Спина сама согнулась под его взглядом. Я кашлянула и вжала голову в плечи.
— Ничего тебе с ними не придется обсуждать, — поднялся Лев Давидович, не придав значения раздражению Князева. — Их проинструктируют мои специалисты. А твое дело — просто указывать, что делать остальным в операционной. — Он обернулся к присутствующим. — Все могут быть свободны.
Я поднялась и уже собралась покинуть комнату вместе с остальными, когда меня вдруг окликнули.
— Лариса Дмитриевна, можно вас?
Я обернулась и увидела рядом с собой Льва Давидовича.
— Здравствуйте, — глухо каркнула, стараясь не сжаться от его непринужденного касания, призванного представить меня Волкодаву.
Да. Подходящее прозвище.
— Ярослав Сергеевич, разрешите познакомить вас с вашей ассистенткой. Лариса Дмитриевна Савина.
Наши взгляды с Князевым встретились, и у меня будто замкнуло что-то внутри. Глаза у него были какие-то почти прозрачные, а взгляд продирал холодом до мозга костей.
— Я сказал, что мне не нужен ассистент, — вдруг лязгнул железом его голос. — Уведите ее отсюда.
И Князев обошел нас и удалился, оставляя меня с широко раскрытыми глазами пялиться туда, где он только что стоял.
1
***
— Ярослав…
Я обернулся, встречаясь с горящим взглядом Льва. Еще бы, заставить его бежать следом может не каждый. И мне по-хорошему не стоило этого делать.
— Мне нужно готовиться к операции.
— Она — твой новый ассистент, и это не обсуждается, — зло прорычал он. — И, честно говоря, меня уже достали твои фырканья. Может, ты себе тут уже камеру для отсидки присмотрел?
— Достали? — понизил я голос, приближаясь к нему вплотную. — Где мой последний ассистент?
— Я уже говорил — на реабилитации…
— Говорил, но не показывал…
— Я не обязан.
— Потому что его уже нет в живых! — процедил я. — А теперь ты эту пигалицу подставляешь!
— Ты, — высокомерно бросил он. — Последнего ассистента подставил ты.
— Ты меня с кем-то путаешь, — зарычал я, чувствуя, что теряю контроль. — Я не могу настолько предсказать исход! А с той командой придурков, которую ты мне подобрал, шанса вообще нет!
— Ну, тебе же не нужны ассистенты, — усмехнулся он. — Еще раз. Последний. Эта умница — твой новый ассистент. У нее прекрасные рекомендации. Девочке просто не повезло в человеческом мире.
— Повезет тут? — усмехнулся я бессильно.
— Почему нет? — криво улыбнулся он. — Ты как раз слишком напряжен, нужно иногда и расслабиться. Так используй по назначению.
Я опустил низко голову и недобро сузил глаза, чувствуя, как кровь ударила адреналином в грудь. Но Лев вскинул руки, делая шаг назад:
— Прости, Ярослав. Спокойно. — Он помолчал, давая мне перевести дух и не кинуться. — Слушай, я понимаю, что ты — в заднице. Но не я тебя в нее затащил, а лишь пытаюсь устроить поудобней. Не надо мне мешать. И носиться я с тобой не обязан.
— Мы тут гробим людей, Лев. Цинично и беспринципно.
— Мы везде их гробим, Ярослав. Цинично и беспринципно. Потому что выживаем в этом мире.