— Костя тебя со всем этим прислал ко мне?
— Нет. У меня что, своего личного мнения быть не может? Речь вообще-то идет о моем племяннике или племяннице. Я желаю ему благополучия.
И я своему ребенку хочу благополучия. Всего самого лучшего. Это моя главная цель.
Но это вовсе не значит, что я должна обратно тащить в свою жизнь предателя, который может все разрушить один своим тупым, примитивным желанием.
Он пока ничего такого не сделал, чтобы я хотя бы задумалась доверять ему снова. Ничего.
Глава 57.
— Карин… — делаю глубокий вдох, но так и не осмеливаюсь сказать ей, как есть все на самом деле. — Думаю, мы сами разберемся. Мы взрослые люди, — и отхожу к столешнице, чтобы сделать нам чай. — Я сама способна оценить все происходящее и принять решение. Но чтобы ты знала… я еще ничего такого не увидела, чтобы твой брат заслуживал прощения. Одни слова. Он только болтает.
А на деле он столько гадостей сделал, что целой жизни не хватит, чтобы задуматься о прощении.
— Ну, чтобы чего-то заслужить надо быть рядом. Дай ему шанс. Типа испытательный срок.
Наверное, было бы правильно сказать ей сейчас правду.
Но я не хочу.
Будет много вопросов, на которые я не захочу отвечать.
Он сам потом скажет.
— Я тебя поняла, Карин. Ты хочешь, чтобы все наладилось, но все не так просто, как может показаться со стороны. Он лгал мне годами. Этого я не могу простить, — ставлю чашки на стол. — И давай не будет все это по кругу обсуждать...
А что насчет моего ребенка…
Я думаю он врет.
Он просто хочет быть со мной, а ребенка он моего любить никогда не будет.
Если бы я его потеряла, он был бы только рад.
Я не могу ему верить.
С трудом я спроваживаю Карину только через час.
Она меня утомила.
Она так отчаянно стала защищать брата. И я могу это понять. Она ему верит. Искренне. А я — нет. Этот мужчина уже один раз предал меня, может предать и во второй. Никогда уже ему не поверю. А жить без доверия, в ожидании ножа в спину — это не жизнь.
Наконец позавтракав и приведя себя в порядок, я собираюсь в свой магазин. Одеваюсь потеплее. Сегодня очень ветрено. Прямо холодно. Простудиться ничего не стоит.
Я просто продолжу жить так, будто и не получала никакого предложения от него.
И размышлять тут не о чем. Никаких сомнений у меня нет.
Константин. Пару дней спустя…
— Значит, так… — выдыхаю я, сидя за столом напротив Марины.
Я приехал сюда спокойным. Специально, когда Миша в садике. Чтобы она не могла впутать ребенка в разговор.
Два дня я думал.
К Лиле я больше не лез.
Я сделал ей предложение. Ей нужно подумать.
Хотя бы неделю. Мне нужно набраться терпения.
А пока я должен разобраться здесь.
Я уже принял решение. Оно со своими минусами и плюсами.
Я не могу так просто взять и отказаться от того, к кому привязался за эти пять лет.
Да, Миша не мой сын, но я нужен ему.
Может быть не я сам, но я буду ему помогать.
Марина напряжена, смотрит в упор в ожидание приговора.
— Я Мишу без помощи не оставлю. Он ни в чем не виноват. И я не позволю, чтобы он страдал. Я буду ему помогать.
— Каким образом? Поселишь нас в какой-нибудь клоповник и будешь подбрасывать немного денег?
— Умолки, Марина! — пальцем на нее указываю. — Каждое твое неправильное слово только ухудшит твое положение. Слушай и не перебивай! Вы переедете в обычную, нормальную квартиру. Без всего лишнего. Я буду высылать деньги на ребенка. Только на ребенка. Тебе придется найти работу и самой себя обеспечивать. Я тебе ничего не должен.
— Для тебя же это копейки… В чем проблема оставить нас здесь? Миша тут привык. Будет жестоко погружать его в худшие условия.
— А Миша и не должен думать, что он какой-то особенный. Ничего страшного не случится. Это просто переезд. Он будет жить в хороших условиях.
— Как ты так можешь…
— Как я могу? А как ты могла лгать мне?
— Я просто хотела хорошей жизни! Я бы родила тебе твоего ребенка, но ты…
— Хватит! Не хочу этого слышать… — стучу пальцами по столу. — Я тебе все сказал. Я найду вам новую квартиру. Переезд через пару недель. Начинай собираться. Если встанешь в позу и будешь испытывать мое терпение, то сюда просто придут и выселят вас. Это не моя квартира. Не будет платы — вас выселят.
Скривив губы, Марина качает головой и тихо произносит с мольбой:
— Пожалуйста, позволь нам остаться здесь… Нам тут нравится.
— Тебе нравится, ты хотела сказать? Я должен исполнять твои прихоти?