Как минимум Назара я не знаю. А он уже зарекомендовал себя не с лучшей стороны. Ушлый мальчик.
— Пристегнись и не влезай. Ясно?
Строго бросаю Назару, надеясь, что это поможет.
Я достаю документы и открываю окно как раз к тому времени, как полицейский останавливается возле моей двери.
Ладно. Выкарабкаюсь. В конце концов, Назар лишь ребёнок. И его слова мало доверия вызовут. Так ведь?
Я морщусь от резкой боли в висках. Аж искры из глаз летят. Мигрень наступает, окончательно лишая меня возможности думать.
— Что-то не так? — натягиваю улыбку.
— Остановка в неположенном месте, — басит полицейский. — Проблемы возникли?
— Нет, я…
— Да!
Нагло заявляет Назар, подаваясь ближе ко мне. Бросаю на него предупреждающий взгляд.
Я сейчас этого мальчишку действительно где-то на остановке брошу. Как можно быть таким…
На секунду я перестаю дышать. Готовлюсь к самому ужасному развитию событий. И повлиять я на это никак не могу.
— Драсьте, — улыбается. — Тётя Поля из-за меня остановилась. Мне плохо стало, она беспокоилась. Это… Как его… Вынужденная остановка? Экстренная, во!
— Плохо? — с недоверием косится мужчина.
— Угу. Ну, мне уже хорошо. Полегчало, когда мы остановились. Меня очень сильно укачивает в дороге. Маме пришлось остановиться.
Я дёргаюсь от этого обращения. В душе поднимается волна протеста. И ощущения, будто кто-то грязные пальцы в глубокую рану запустил.
А полицейский, конечно, замечает несостыковку. Напрягается, взгляд становится более внимательным.
— Так мама или тётя? — уточняет он.
— Ой, ну она моя вторая мама. Крёстная, — Назар даже дыхания не переводит. Лжёт без остановки. — А у неё теперь будут проблемы? Из-за меня, да? Я не хотел, правда!
Я никогда в жизни не видела, чтобы дети настолько филигранно врали. И звучит же искренне.
На лице — чистое раскаяние. И даже губы подрагивают от переживания. Легко включается в новую роль.
И это чертовски настораживает. Невозможно спрогнозировать, что дальше учудит Назар. Какой он на самом деле.
— Документы на ребёнка есть? — уточняет полицейский.
— Естественно! — вскрикивает Назар обиженно. — Я сам их ношу. Потому что я ответственный и взрослый. Мне целых семь лет, между прочим.
Мальчик начинает копаться в своём рюкзаке, доставая оттуда тонкую папочку, листает файлы.
Будь я в более адекватном состоянии, я бы удивилась такой организованности. Но сейчас молча наблюдаю.
У меня голова просто раскалывается. Понимаю, что не смогу ничего больше сделать. Лишь бы не отключиться.
Боль усиливается, туманит разум. Никогда не было такого. Просто не могу собраться. Отреагировать вовремя.
— Вот, — Назар протягивает документы. — Ну, у меня нет паспорта. Естественно. Но есть свидетельство о рождении. Это подойдёт? Мы можем ехать?
— Куда-то спешите?
— Моя мама, ну, которая настоящая мама, не тётя Полина… — дыхание переводит. — Она в больнице. Мне сестричку рожает. Мы можем ехать? А то…
Назар продолжает болтать без умолку. От его разговоров в голове трещит.
Трещит. Трещит. Трещит.
Ломает.
Я могу только об одном думать. Любовница Назара беременна. И это финал моей выдержки.
Рассыпаюсь. Падаю. Расшибаюсь. Будто суставы выкручивает, а сердце… Оно просто очень болит.
В моём теле включается режим автопилота. Я улыбаюсь полицейскому. Отвечаю ему что-то. Я забираю документы и, кажется, даже умудряюсь пошутить.
Поезжаю дальше, пока снова не остановили. Отлично справляюсь с вождением.
Но это всё моя оболочка. Душа где-то далеко. В агонии сгорает дотла. Раз за разом.
Сестричку. Рожает. Беременна.
Что же Витя не с ней? Так хотел меня «подарком» обрадоваться?
Я доезжаю до ближайшего «кармана». Как — не знаю. Выскакиваю на улицу, понимая, что в салоне мне воздуха не хватает. Душно. Задыхаюсь.
На улице — всё также. Лёгкие будто работать перестают. В груди давит, я упираюсь ладонями в капот, стараясь отдышаться.
Кое-как посылаю сообщение Вите. Пусть приезжает и забирает своего сына. И избавляет меня от своего присутствия!
К черту и на хрен.
Вот его маршрут.
А мой — подальше от этого предателя.
— Вам плохо? — Назар выскакивает за мной.
— Сядь в машину.
— Может, водички? У вас же есть водичка?
— Назар!
Прикрикиваю, потому что всё это я не вывожу. Я не умею со стрессом справляться, ага. И мне просто нужно несколько минут, чтобы собраться с мыслями.
Без лишнего шума.
Мальчик обиженно поджимает губы. Смотрит на меня так, словно я его пнула. Только я этим спектаклям не верю.