Даже Софийка замечает, что со мной что-то не так:
– Ты не выспалась, да? Мам? Рано встала, чтоб пораньше приехать? Давай я накрою сама на стол.
– А? Да, – отвечаю рассеянно, – Да.
И в этот момент каким-то шестым чувством слышу, как в нашей спальне срабатывает будильник, заведенный мужем.
По всем законом физики, я не могу его слышать: слишком далеко, двери закрыты. Но я знаю, что он звонит в эту самую минуту. И это значит, что через несколько минут Сережа спустится на кухню.
Все нервы внутри меня натягиваются в струны. Готовые рваться или стонать от того, что их задевают.
Но сегодня время на моей стороне.
Мне не нужно разговаривать с мужем, потому что к десяти надо везти Марка в бассейн, а Соню к одиннадцати-тридцати в театральную студию.
Так что у меня получается избежать разговора с Сережей. Я болтаю с детьми, рассказываю, как я хорошо отдохнула и как я скучала.
Одновременно прикидываю видели ли мои дети любовницу мужа, хватило ли у него наглости и дури, чтобы их познакомить. После того, как он открылся мне с новой стороны, я уже ни в чем не могу быть уверена.
Сережа, спустившись, буркнул: «Доброе утро!» ни к кому конкретно не обращаясь, да еще с таким видом, чтобы у окружающих не осталось никаких сомнений – утро сегодня недоброе.
То, что я никуда не уехала, он никак не прокомментировал, считая, видимо, что это закономерно.
Сидел с отсутствующим видом, пока мы с детьми завтракали на кухне, но вышел в коридор, окинуть нас взглядом и сказать:
– Пока!
В ответ на Сонино:
– Па-а-ап! Мы уезжаем, пока!
Когда мы возвращаемся с детьми домой, Сережи дома нет. И я выдыхаю, обрадованная отсутствием необходимости разговаривать в ним. Мне и видеть-то его не хочется!
Он появляется только поздно вечером, когда дети уже спят. Гремит шкафчиками на кухне, звенит посудой.
Я делаю вид, что мне все равно на этот грохот. Те времена, когда я его встречала с улыбкой и бежала на кухню накрывать ужин, закончились вчера.
Наверно, он это понимает. Но все равно злится.
– Пошли в кровать! – командует он, выходя минут через двадцать из кухни.
Я поднимаю взгляд от накладных и актов, которых накопилось за три дня моего отсутствия. Смотрю на него и удивляюсь. Невероятно, но он действительно верит, что можно жить как раньше.
– Я буду спать в гостевой спальне, – сдержанно сообщаю я мужу, не отрываясь от компьютера.
Он усмехается, зло произносит:
– Алина! Не надо устраивать разборки на ровном месте. Ты выбрала нашу семью, раз ты здесь. Значит спим мы в одной кровати.
Глава 7
От его грубого голоса, в котором звенит металл, мне становится не по себе. Чего я еще о нем не знаю? Способен ли он ударить меня, если я сейчас откажусь идти с ним в одну кровать. Он ведь был совсем не такой: веселый, заботливый, с чувством юмора.
Яркой вспышкой оживают воспоминания десятилетней давности. Как мы познакомились с мужем.
Я только что увидела на сайте списки зачисленных студентов. И моя фамилия там тоже есть!
– Привет! Слушай, я только что поспорил с другом, что ты мне не дашь свой номер телефона и не познакомишься.
Смотрю удивленно. Парень открыто улыбается так, что невозможно не улыбнуться в ответ.
Вот так подкат!
– Считай, что ты проспорил! – смеюсь в ответ.
– Почему? – кажется, он неподдельно удивлен. – Неужели дашь? Черт! Я-то как раз поставил на то, что ты не дашь.
Кивает в сторону на стоящего молчаливо друга. Неотрывный взгляд темных глаз гипнотизирует меня. Выглядит опасно и даже немного пугающе. Вспоминаю, где я его видела. Кажется, это студент с моего же потока, только группа другая.
А вот подошедшего парня я не помню. То ли не пересекались еще с ним просто, то ли он не на моей специальности учится. Оба выглядят старше, чем другие мои сокурсники.
Не знаю, зачем я вообще об этом думаю.
– А меня Сергей зовут! – представляется подошедший парень, – вновь кивает на друга: – А тот вон спорщик, – это Леха!
Машет ему рукой, но тот никак не реагирует, по-прежнему стоит и издалека наблюдает за нами. Будто ему важно, как во что выльется подкат его друга и не будет ли он жульничать.
Отворачиваюсь и смотрю на радостное лицо Сергея: