Мои мысли прерывает настойчивый голос мужчина.
— Ты в порядке?
— Если ты о сегодняшнем, то да. Кисляков больше не сунется в офис.
— Не только о сегодняшнем. Я в целом.
Этот вопрос дается мне гораздо сложнее. Некоторое время думаю над формулировкой, прежде чем ответить.
— Не думала, что развод дастся мне настолько сложно.
— Правда? Неужели ты полагала, что это будет легко и просто⁈ Ты ведь отпускаешь огромную часть старой жизни. Конечно, это страшно.
— Ты когда-нибудь разводился, чтобы знать какого это?
Понимаю, что меня немного заносит. Такие вопросы не задают мужчине, которого едва знают.
— Нет. Я вообще не уверен, что когда-то был влюблен.
— Правда? Как же ты жил? Как строил отношения? Как же самая чистая первая подростковая любовь⁈
Сергей смеется в голос.
— Хм, подростковая любовь! За всю жизнь мне понравилась только одна девушка. Но с ней не вышло. А подобной искры, или как это у вас женщин называется, я и не испытывал никогда.
Он заезжает во двор, аккуратно подруливая к моему подъезду.
— Так ты ждешь свою «искру»? — переспрашиваю с ухмылкой.
— Я не уверен, что дождусь. Но в целом, да. Я, наверное, слишком романтичный, но не вижу смысла строить отношения с человеком, если между вами нет чувств.
Серега поднимает на меня взгляд. Долго и пристально изучает мои глаза, словно пытается что-то в них прочесть.
— Забавно, — вдруг говорит он, и на этом замолкает, только распалив мой интерес.
— Что забавно?
— Да ничего такого, — отмахивает он, явно стараясь избежать ответа. — Просто подумал, какое интересное совпадение.
Его двусмысленность в словах и поведении внезапно заставляет меня взорваться!
— Ну и не отвечай раз, не хочешь. Я тянуть из тебя ничего не буду! Уже тринадцать лет пыталась что-то тянуть на себе. Не вышло.
Собираюсь отстегнуть ремень и выйти из машины, но дурацкая конструкция ремня, никак не хочет меня выпускать.
— Эй, постой. Дергать можно не так активно.
Сергей наклоняется ко мне, заставив на мгновение испытать давно забытую робость, а затем легким движением руки нажимает на кнопку, и ремень тут же подчиняется его воле.
— Вот теперь ты свободна.
Бросаю в него последним двусмысленным взглядом.
Видно, он так и не скажет то, что хотел сказать…
— Что ж, значит мне пора.
Неохотно подаюсь вперед, делая рывок, чтобы выйти из машины, как вдруг меня снова останавливает голос Сергея.
— Двести восемнадцатая школа.
— Что? — едва складывая факты, переспрашиваю я.
— Ты не помнишь эту дискотеку?
Изо всех сил напрягаю память, стараясь достать из нее все оттенки прошлого.
Мне тогда было лет шестнадцать.
— Я не училась даже в этой школе.
— Я знаю. Ты была там с подругой.
Смотрю на Сережу с искренним удивлением, но до сих пор не могу вспомнить.
Как вдруг…
— Неужели это был ты⁈
Чувствую словно будто-то невидимый снял блок с моих воспоминаний, и они с новой силой завладевают моим сознанием.
— Это с тобой мы тогда пошли всю ночь до рассвета гулять⁈ Ты показал мне выход на крышу восемнадцатого дома. Это был самый красивый рассвет в моей жизни.
Сережа молча кивает. Задумчиво изучая мои горящие глаза.
— Да, Настя, для меня тоже.
Внутри вдруг становится так тепло. Я будто стала с ним ближе, хотя, по сути, мы провели с Сергеем вместе всего один вечер и одну ночь далеко в юности.
— Мне было так обидно, когда ты исчезла.
Краски снова сгущаются.
Воспоминания о той ночи несколько стираются обстоятельствами, которые сложились позднее.
— У меня тогда отец умер, — начинаю я, и тут же замолкаю, борясь с желанием плакать.
Мне до сих пор сложно говорить об этом.
— Я вернулась домой, как ни в чем не бывало. У подъезда уже стояла скорая. Могла ли я поверить, что это к нам?
Сергей молча слушает, и я сама ощущаю, как он взволнован.
— Поднимаюсь к себе, открываю дверь. А там отец. Лежит. И мать над ним рыдает.
— Что с ним случилось?
— Инфаркт. Мгновенный.
Смотрю на капли осеннего дождя, стекающие по запотевшему стеклу автомобиля.
Не думала, что мне снова может быть так больно. Что эта утрата так оголит мою душу.
— Прости, я даже подумать не мог. Да и неважно все это. Главное, чтобы сейчас ты чувствовала себя хорошо.
Неожиданно для самой себя, подаюсь вперед, заключая Сергея в тугие объятия.
— Спасибо тебе. Правда.
Мужчина молчит, крепко обнимая меня в ответ, и я впервые ощущаю человека, который делает это с такой нежностью и теплотой.