— Да, милая. Прости пожалуйста, что ты слышала, как мы с папой кричим.
Сажусь на корточки, прижимая любимую кроху к себе.
— А куда он ушел?
Не знаю.
Не знаю, что ответить ребенку, чтобы оградить ее от детских травм и ощущения покинутости.
Все что угодно лучше, чем ребенок, который понимает, что его предали.
— Прогуляться пошел. Перед сном.
— Он не пожелал мне спокойной ночи, —, в глазах дочки простая, человеческая обида, — когда папа вернется?
Сжимаю Лею крепче в своих объятиях, и навзрыд плачу, потому что больше нет сил держаться.
— Он не вернется, милая. Он не вернется.
Большую часть ночи не могу уснуть. Листаю старые фото в альбоме. Вот свадьба. Маленькая. Камерная. Но зато такая уютная!
Вот первая годовщина, которую мы провели в горах.
Вот рождение нашей принцессы-дочери.
На всех фото запечатлены мгновения абсолютного счастья, которое мой муж решил променять на мимолетное увлечение.
Поставил на чашу весов нашу любовь и доверие, тринадцать лет брака, слез и трудностей, которые мы преодолели.
Чтобы что? Чтобы запрыгнуть в постель к молодой любовнице, которая толком ничего о нем даже не знает?
Поворачиваюсь на другой бок. Стараюсь унять режущую боль в сердце, но она никак не уходит.
Может я сглупила, что сказала ему о своем намерении развестись? Теперь он будет знать, что я в курсе его интрижек и может действовать на опережение.
В этих мыслях я засыпаю, убедив себя, что за ночь мне придет правильное решение.
Утром все же решаю ехать на консультацию к юристу. Семейный специалист для этого явно не подойдет. Он первым делом позвонит Кислякову и расскажет, что я была у него с визитом. К счастью, моя самая близкая подруга прекрасный юрист и отменный эксперт по разводам.
После того, как дочка отправляется в школу, я принимаюсь за сборы.
Быстро нахожу все необходимые документы и выхожу из квартиры.
Спускаюсь на парковку, где только вчера оставляла свою машину, как меня охватывает новая волна парализующего страха.
Ключи падают у меня из рук, и слезы быстро подступают к горлу.
Моя новенькая ауди Q7, в идеальном состоянии превратилась в груду помятого, не подлежащего восстановлению металлолома.
На смятом капоте лежит крохотная записка с размашистой надписью:
«я ведь не шутил».
Глава 4
— Муж мне изменяет, — сообщаю подруге, едва она ставит передо мной чашку с чаем.
После ситуации с машиной, мне нужно прийти в себя.
Я до сих пор не могу поверить, что ему хватило на такое совести.
— Да ну тебя⁈ Неужели Кисляков на такое способен⁈ Ты уверена в этом?
— Абсолютно, — отвечаю равнодушно, — Лично застукала его в офисе с секретаршей.
Даша тут же забывает за чем шла. Приземляется напротив меня и закатывает глаза.
— Ну и банальщина конечно. Не мог уже найти себе любовницу посолиднее. Секретутка вообще не серьезно!
— А кто знает, Даш, с кем он еще в койку ложился. Мне теперь из-за его похождений лечиться надо.
Вздыхаю, стыдливо потупив взор.
— Ну и скотина конечно! Мужик, блин. Ему детей рожать не надо, а нам отдувайся за их загулы!
Подруга проходится по Кислякову отборным матом, а потом резко замокает, словно у нее в момент закончились все оскорбления.
— Ты сейчас как вообще? — наконец спрашивает она.
— Не очень, — честно признаюсь я, — думала, он спокойно согласится на развод. Но он встал в позу и кардинально против этого.
— Что значит против? — усмехается Даша, — такие вопросы в нашей стране решает суд. Так что он не может быть против. Разведут все равно.
— Нет, Даш. Ты не знаешь моего мужа, он мне жизни не даст, если я начну с ним бодаться.
— А что он может тебе сделать, Насть? Я как юрист тебе отвечаю. У него шансов тебя прижать нет никаких.
Слова и объяснения здесь излишни. Достаю из кармана телефон и
показываю подруге фото разбитой машины.
Даша растерянно хлопает глазами.
— Это что⁈ Твоя тачка⁈
— Угу. Вернее то, что от нее осталось, — перелистываю фото, демонстрируя подруге записку от мужа, — знаешь, кто руку приложил?
Даша все еще находится в замешательстве, нервно постукивая пальцами по столешнице.
— Если это и правда, Кисляков. Хана ему, Насть. Да мы засудим его в два счета.
Вскакивает со стула, принимаюсь встревоженно наматывать круги по кухне.
Я давно не видела ее такой злой.
— Я тоже сперва так подумала. Уже собиралась в полицию звонить, но потом вспомнила… Машину он на себя оформлял. Так что формально, он свою тачку разбил.