Сегодня же поговорю с Глебом. Если он так сильно трясется за свою репутацию, тогда пусть идет мне навстречу.
Иначе информация обо всех его жалких поступках прогремит на всю страну.
— Большое спасибо, что помог! — выходя из джипа, я улыбнулась Матвею.
Он тоже вышел на улицу, достал из багажника коляску, подкатил ее к двери машины и помог маме сесть в нее.
— Если понадобится помощь, обращайся, — ослепил он ровными белыми зубами. — Как только появятся новости по машине, я тебе сразу сообщу.
Спустя три часа
Уложив спать Соню, я вышла из комнаты и, проходя мимо кухни, услышала тихий разговор:
— Где бы моему Матвею найти такую жену, как твоя Юля, — вздохнула тетя Таня, которая пришла к маме на чай. — Хорошая она у тебя. Добрая, отзывчивая.
— Юлька моя уже пристроена, — посмеялась мама. — А Матвей твой, наверное, пока и не готов к новым отношениям.
— До сих пор надеется, что Вика жива, — с досадой проговорила тетя Таня. — Никак ее отпустить не может. Такая любовь была! Готовились к свадьбе, Вика выбирала платье, Матвей занимался организацией банкета, и тут — на тебе! Какой черт их понес в эту Африку?! Да еще и в ночное плавание!
Она снова вздохнула и тихо обронила:
— Жили бы сейчас, да детей воспитывали…
Выйдя на улицу, я села на скамейку и в десятый раз набрала Глебу.
Не ответил.
«Если не хочешь, чтобы вся страна узнала о том, что ты завел любовницу, что украл машину и препятствуешь операции для моей мамы, то…» — писала я в СМС, но тут телефон в руке завибрировал.
— Алло? — ответила я и сразу услышала на заднем плане плач грудного ребенка.
— Если я не беру трубку, значит, я занят! — прогремел Глеб.
— Я звонила предупредить тебя, что если ты не вернешь мне машину, то завтра во всех новостных лентах появится информация о том, как ты обошелся со мной и моей мамой. Я не буду молчать! — заявила решительно. — Вся страна узнает о том, что ты завел любовницу, что угнал мою машину и что мешаешь улететь нам на операцию.
— Юль, чего ты добиваешься? — равнодушно спросил он. — Хорошо, допустим, ты выкинешь в сеть эту информацию, она повисит там пару часов, затем исчезнет. А она точно исчезнет, даже не сомневайся, — подчеркнул Глеб. — А потом появится опровержение всему сказанному и вместе с ним наши с тобой совместные фото. Народ погудит, затем забудет обо всем этом, а я — нет. Я не забуду.
Он не стал угрожать мне по телефону, но было понятно без слов: если я обнародую правду, то он в долгу не останется.
— Советую тебе остыть и принять правильное решение. До операции осталось не так много времени, но твоя мама еще может на нее успеть. Все зависит только от тебя.
— Ты хочешь, чтобы я вернулась? — спросила я внезапно охрипнув.
— Да.
— И чтобы жила с тобой, делая вид, что ничего не произошло?
— Все верно.
— Какое же ты ничтожество, Стрельцов… — в шоке выдохнула я и, встав со скамейки, запустила пальцы в волосы.
— Думай, Юль, думай. А про всякие публикации лучше забудь. Не усугубляй ситуацию. Помни, что у тебя нет никого кроме матери-инвалида и помочь тебе тоже некому.
— Верни машину! — Я отчаянно всхлипнула и поджала губы. — Я должна ее продать и оплатить опера…
Глеб, недослушав, скинул вызов, а я вздрогнула от голоса за спиной.
Повернувшись к забору, устремила испуганный взгляд на Матвея.
— Прости, я шел за матерью и случайно стал свидетелем твоего разговора.
В этот момент я не могла говорить.
Все внутренности завязались в тугие узлы, в горле встал ком.
— Тварь твой муж! — злобно выплюнул Матвей, и, подойдя ко мне, глубоко вздохнул. — Когда операция и сколько на нее нужно денег?
Глава 6. Она вот-вот вернется
Глеб
Неделю спустя
— Глеб, подержи его! — из последних сил простонала Илона и, подав мне ребенка, запустила пальцы в светлые волосы, торчавшие в разные стороны.
Она поджала губы, скривила лицо и из ее глаз вырвались слезы.
— Я больше не могу так! Я очень устала! — пропищала она и отчаянно всхлипнула. — Почему мы не можем нанять ему няню? Разве ты не видишь на кого я стала похожа? Разве не понимаешь, что у меня нет ни одной свободной минуты?!