— Нельзя. Игорь сказал, что фамилия должна быть другая. Ну, тогда запишите меня Дружинникова.
— Хорошо.
я был уверен, что видел у нас человека с такой же фамилией в базе. Может они просто однофамильцы? А впрочем, какое мне вообще дело? Главное, что я выполнил просьбу Игнатова.
— спасибо.
Остальное время я принимал всех по записи. И мои пациентки так рады были моему возвращению, что тащили мне в кабинет разные подарки в которых я не нуждался. Но, переубедить беременных женщин просто невозможно. А когда к концу рабочего дня мой кабинет был заставлен цветами и коробками, стало невмоготу.
— Александр Валерьевич, вам точно эти цветы не нужны? — уточняет Оленька, осторожно поднимая корзину с цветами.
— Точно. Бери.
Я торопливо застёгиваю пальто и помогаю девушке унести цветы в регистратуру.
— Что у меня на завтра? Снова всё забито?
— На ближайшие три месяца уже запись заполнена. Сами не ожидали, но ваше возвращение вызвало такой ажиотаж. Как только все узнали о том, что вы вернулись, как с цепи сорвались. Я весь день звонки принимала.
— Радуйся, что у нас вообще запись есть. Тебе ли не знать кто наши пациенты и какие деньги здесь крутятся. Или тебя не устраивает твоя зарплата?
— Нет, что вы? Меня всё устраивает.
— Напомни-ка мне: в чём плюс нашей клиники?
— анонимность.
— Верно. За это нас и любят. Любой из наших клиентов может прийти к нам со своей второй половинкой или любовницей и никто об этом не узнает.
Девушка хитро улыбнулась.
Такая себе схема, но пока это приносит хорошие деньги, я готов был работать.
Попрощавшись с работницей, я отправился на улицу. К вечеру ещё холоднее стало. Зуб на зуб не попадает. Хорошо, что я успеваю добраться до машины раньше, чем холод проникает мне за шиворот. Оказавшись внутри, включаю печку и завожу мотор.
Я уже начал выворачивать, когда заметил в зеркале фигуру, медленно приближающуюся к клинике. Двигалась эта фигура слишком медленно. Болезнено. И лишь, когда она оказалась на освещенной части дороги, я испуганно выбежал из машины.
Это была девушка. Судя по положению её рук стало понятно, что у неё болит. И словно в подтверждение моих догадок с её губ сорвался истошный вопль. Я чудом успел подхватить бедняжку, прежде чем она потеряла сознание.
Я сразу узнал её . Ту сумасшедшую, что видел сегодня утром. Только теперь её лицо выглядело бледным и болезненным. И недолго думая, скользя по накатанной дороге, я бегом возвращался в клинику. Сейчас только от меня зависит выживет ли она. И я должен сделать всё возможное, чтобы ее спасти.
Глава 3.
Алина
Подъехав к дому, не спешу выходить из машины. Пытаюсь собраться и не выглядеть слишком подавленной. Хотя, внутри словно адский огонь разгорелся, да так сильно, что словно печёт изнутри. Больно. Невыносимо.
Неожиданно кто-то настойчиво стучит в окно. И, как только я поворачиваю голову, сердце уносится в пятки. Хочется сорваться с места и со всего маху открыть дверь, заехав ему по носу. А потом ещё добавить пару раз, чтобы стало так же больно, как и мне.
— Ты уже закончил?
У меня внутри непреодолимое желание выскочить и глаза ему выцарапать. Но, я стараюсь сдерживать свой гнев. Ещё не время. Нужно немного подождать. Совсем чуть-чуть и я покажу ему на что способна обиженная женщина, которую предали.
— Привет, любимый.
Я натягиваю на лицо фальшивую улыбку, хотя на душе кошки скребут, а так сильно, что там уже огромная дыра образовалась.
Надеюсь, он не догадается пока я буду лезть из кожи вон, изображая влюбленную идиотку. Такой же он меня видит со стороны. Даже не зная о том, что я уже всё знаю.
— Я помогу, родная. — открывая дверцу, продолжает Игнатов. — Всё купила?
Купила то я всё, вот только врятли семейный ужин сегодня состоится, потому что я не планировала продолжение банкета. Пусть строит свои замки из песка в одиночестве. Я с удовольствием стану той, кто их разрушит.
Игорь берёт пакеты с продуктами и не дожидаясь меня, мчится к двери. В это время я пронзаю его спину ненавистным взглядом.
Игнатов исчезает за дверью, а я присаживаюсь на усыпанную снегом лавку.
Не пойду сейчас за ним. Боюсь, что взорвусь. Если это случится, то весь мой план с треском провалится, а я задумала просто невероятный сюрприз. Уверена, что он никогда этого не забудет. Уж я то об этом позабочусь.
— Алиночка, ты чего тут делаешь? — наша соседка сверху, пожилая женщина, как обычно вышла выгулять свою собаку. — Не сиди на холодном, а то простынешь.