На секунду теряюсь, потому что Артур никогда не опускался до подобных слов. А сейчас, как раненый, свирепый зверь ищет выход из западни, в которую сам же себя и загнал.
— А кто меня в этот мир засунул? Думаешь, я мечтала сидеть в четырех стенах?! Ты заставил меня уйти с работы и вернуться не разрешил.
— Потому что тебе не место среди пыли и грязи!
— А может быть, ты просто хотел держать меня подальше, чтобы не мешала? — с болью шиплю я.
— Яна! — рявкает он. — Не неси этот бред!
Бред….
Конечно. Все, что против его слова — бред. И так последние несколько месяцев.
Я ведь я отлично помню, как внимательно он слушал меня. Как смотрел, будто я единственная в мире драгоценность. Красный алмаз. Он так говорил.
Я — его. А он — мой.
Вот только в какой-то момент я утратила свою ценность в его глазах.
А он в моих — нет. И даже сейчас, чего врать, несмотря на терзающую душу боль, я все еще люблю его.
Только эта любовь как яд…. Смертельный яд, расплавляющий вены.
— А что не бред, Артур? Во что мне верить? Как мне теперь верить? Говоришь, снесло крышу. Отечего, Артур, ее снесло?
– Мне плакаться, как мальчишке, собственной жене? Это мои проблемы, Лера, не твои!
От последних слов меня пробивает до кончиков пальцев. Мои проблемы, а не твои….
— А ты попробуй. Хоть раз попробуй.
Отворачивается. Рычит. Сжимает кулаки.
Он ничего не скажет. Знаю. В этом весь Артур.
Никогда не показывает слабости, все держит в себе, и от этого мне всегда больно в глубине души. Поначалу я пыталась к нему пробиться через эту стену, потом решила, что со временем он сам откроется. И казалось, что это случилось, но, видимо, нет….
Зачем говорить с женой? Ее же нужно просто оберегать от всего, как куклу. Она поймет. Примет. Она обнимет, не спрашивая. Будет удобной и теплой.
А довериться можно, видимо, только дугой. Той, что на видео….
— Я всегда была здесь, я была рядом, Артур. Ты говорил, что я твой тыл. Но, видимо, это не так, раз ты предпочел “выпустить пар” с другой женщиной вместо того, чтобы опереться на меня, – шепчу едва слышно.
Зажимаю рот рукой, потому что челюсть начинает дрожать от той боли, что перебирает каждую косточку и каждую жилку внутри.
— Я просто хотел тебя защитить.
— Я не знаю, чего ты хотел, но сделал только хуже.
Смотрит на меня убийственным взглядом. Я чувствую, как стена, которая недавно казалась почти невидимой, вновь обретает очертания.
— Я ухожу, Артур. Не смогу здесь остаться. Мы с Лизой уедем к маме, — сообщаю ему с болью глядя в искаженное шипящей яростью лицо любимого человека.
Я не делаю это со зла. Я не хочу его наказывать. Но я просто не выдержу в этом доме и минуты больше…. Другая смогла сделать то, чего не смогла я. За что тут бороться?
Отворачиваюсь, потому что смотреть на него слишком больно, открываю дверь кухни, но больше двух шагов сделать не успеваю.
Потому что Артур нагоняет и хватает меня словно одичавший зверь. В родных глазах -- пугающее безумие.
Глава 7. Ночная гостья
Артур нагоняет меня в коридоре и хватает, словно обезумевший зверь.
В родных глазах — пугающее безумие.
— Что ты делаешь? Пусти! — испуганно воплю я, но он будто бы не слышит. Будто мозг отключился.
— Не могу! Ты моя, Яна! Моя! — рычит он, а я его совсем не узнаю.
Еще никогда не видела в его глазах столько ярости.
— Пусти!
— Дай мне шанс! Или твоя гордость настолько важна, что ты хочешь сломать нашей дочери жизнь?!
Удар под дых. Уже не чувствую его цепкой хватки за той болью, что причиняют эти слова.
— Ты меня в этом обвиняешь?! — в ужасе шепчу я.
— Нет. Я говорю, что все исправлю. Не руби с плеча! Слышишь меня?!
— Я слышу!
— Нет. Не слышишь! — злится он еще больше.
— Артур, отпусти! Мне больно! — взвизгиваю, и он тут же шарахается, словно его сверхзвуковым сигналом оглушило. Несколько секунд не моргает, приходит в себя.
— Ты никуда отсюда не уйдешь. Я уйду, — решает он.
Смотрит мне в глаза, словно ожидая, что я в последний момент передумаю и кинусь к нему на шею.