И я прислушивалась, уважая его позицию. Глупая…
Он нагнал меня у самых дверей. Схватил за плечо и развернул лицом к себе. Я встретилась взглядом с черными глазами под росчерками густых бровей.
– И куда ты пойдешь?
Жесткие пальцы до боли впились в кожу. Наверное, останутся синяки.
– Мне больно!
Кажется, он даже не услышал. Продолжил недобро смотреть, дыша на меня запахом коньяка. А я не могла даже поморщиться.
Вдруг стало страшно.
Выходит, я совершенно не знала собственного мужа. И он этим прекрасно пользовался.
– А зачем я тебе?? – пискнула, вцепившись пальцами в его руку в попытке оторвать от себя, – чего ты так переживаешь?
Дверь за моей спиной распахнулась. Обернувшись, я увидела Равшана.
Тот в момент оценил ситуацию и потупился, отводя взгляд.
– Звали, босс?
Я опередила мужа.
– Как давно он водит сюда шлюх? – прохрипела, в упор глядя на охранника.
– Пошел вон, – рыкнул Арсен, и бугай скрылся за дверью.
Перед глазами затанцевали черные точки. Моя спокойная размеренная и счастливая жизнь, которой неприкрыто завидовали все знакомые, разбилась вдребезги.
Хотя, судя по лицу мужа, ничего особенного не стряслось.
Явно не для него.
А в моей груди росло что-то жуткое и болезненно-горькое.
Ничего уже не будет, как раньше.
Он перечеркнул всё, растоптал и раздавил. Нас больше нет. Нет семейного гнездышка, нет кофе по утрам и обнимашек перед сном. Нет ничего.
– Я хочу развод.
В ожидании его сюрприза я готовила свой. Только теперь Арсен о нем не узнает.
Я никогда не скажу ему о том, что беременна. Воспитаю ребенка сама.
Вытяну. Осталось только развестись…
Муж негромко издевательски рассмеялся.
– Разбежалась.
3
Я смотрела на мужа, словно видела его впервые. Хотя, наверное, так оно и было.
Этого человека я просто не узнавала. Да и знала ли вообще?
Ещё никогда он не напивался вот так, не хватал меня грубо, оставляя синяки.
Мне стало по-настоящему страшно и противно от осознания того, что какое-то время назад этими же руками он лапал ту блондинку.
– Отпусти меня. Сейчас же, – только голос прозвучал недостаточно убедительно, чтобы произвести впечатление.
Вот Арсен и не впечатлился. Сжал пальцы на моем плече, заставив пискнуть от боли, и поволок прочь от двери. Сердце зашлось от страха.
Я вцепилась в его запястье, но мужчина был больше и сильнее меня в разы. Так что любое применение силы в его сторону выглядело как минимум бесполезным.
– Куда ты меня тащишь?
Признавать вину Арсен не собирался, как и просить прощения. Он вел меня, как собачку на поводке, вверх по лестнице обратно в нашу спальню.
Блондинка оттуда уже исчезла, как и всё её тряпьё с пола. Остался только сладковато-приторный запах незнакомых духов. От этого аромата в сочетании с духотой непроветренной комнаты начало мутить.
Я хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
Муж толкнул меня в кресло, из которого недавно поднялся сам. Оно было влажным. Я брезгливо поднялась, вытирая ладони. Те оказались испачканы не то в креме, не то в смазке.
Но муж беспардонно толкнул меня обратно.
Я задохнулась от возмущения, схватившись за живот. Это напоминало какой-то кошмар…
Мужчина возвышался надо мной, как каратель, глядя безо всякого выражения. Словно я ему незнакома. Словно он не испытывает ко мне никаких чувств.
– Я не собираюсь оправдываться, – выдал он, угрожающе нависая сверху, – та женщина мне никто.
Прикрыв глаза, я медленно выдохнула, чтобы побороть тошноту. Иначе меня сейчас просто вывернет ему на ботинки.
Ничего говорить не хотелось. Я безумно жалела, что не успела выбежать из дома. Зато блондинка вот успела.
Внизу хлопнула дверь. Как если бы я хотела ее догнать… слишком много чести для подобной грязи.
Ведь она не могла не заметить кольцо на мужском пальце. А значит понимала, что он женат.
Переведя взгляд на руку мужа, я поняла, что кольца нет. Он его снял.
Я закусила губу, а глаза наполнились слезами.
– Ты поэтому снял кольцо? Потому что она для тебя никто? А кто для тебя я, если ты позволяешь себе так со мной обращаться?
– Отдал починить, – бросил тот, отворачиваясь, чтобы подойти к окну и распахнуть створку.
Поток свежего воздуха ворвался в душную комнату, заставив дышать глубже.
Тошнота отступила. Я поднялась из кресла, понимая, что сидела в луже какого-то крема.
Не оборачиваясь на мужа, направилась в ванную. Перед глазами всё плыло, а ноги подгибались. Я чувствовала себя так, словно меня с головой окунули в грязь.