– Мама! Я все убрал! – кричит он издалека, вприпрыжку подлетая ко мне.
Такой гордый. Довольный собой и радостный, что быстро справился с важным делом.
– Умница ты мой, – крепко прижимаю к себе сына, – А теперь давай собираться.
– В парк? – уточняет он, будто с опаской.
– В парк. Но перед этим зайдем еще в одно место. Маме нужно починить кое-что.
***
Выходим с Тимом из дома и неспеша идем до парка.
Погода стоит весенняя. Солнышко тепло припекает в макушку, и Тим топчется в непромокаемых сапожках по очередной луже, радостно разбрасывая брызги по все стороны.
Как раз недалеко у входа, в одном из старых жилых зданий, маячит телефонная мастерская.
Беру Тима за руку и решительно двигаю туда.
Помещения ремонтной мастерской небольшое. Темное, подвальное помещение, в котором нет окон. Только запах сырости и мужского пота.
Грузный мужчина стоит у стойки оплаты и осматривает нас с Тимом сверху донизу.
– Здравствуйте, мне нужно заменить в этом телефоне батарею, – прошу у мастера спокойно, протягивая ему гаджет, но тот лишь удивленно выпучивает глаза:
– Для таких телефонов и запчастей уже не производят. Не легче новый просто купить?
– Не легче. На этом телефоне у меня важная информация.
Мастер пожимает плечами, но неохотно берет заказ.
– Попробую найти на рынке новый аккумулятор. Но ничего не обещаю.
– Сколько по времени займет ремонт?
Искоса смотрит то на меня, то на телефон.
– Неделю.
– Неделю?! – выпаливаю нервно, – но я не могу столько ждать!
Как представлю, что Костя всю неделю будет ходить за мной и донимать вопросами об этом телефоне – бросает в дрожь.
– Нельзя ли как-то побыстрее?
– Не знаю, девушка. Если найду раньше аккумулятор, заменю раньше. Но ничего не обещаю.
Отступать уже не решаюсь. Обломов вернулся за телефоном не случайно. И если там действительно что-то важное для него, я должна знать об этом. Вполне возможно, тогда он отстанет от меня со своим предложением о работе.
А неделю я кое-как перекантуюсь. Уйду на больничный или буду работать из дома. А может, и вовсе уже переведусь в другой филиал.
Не поедет же Обломов и оттуда меня доставать.
Вношу предоплату и снова выхожу на улицу.
Сын неспешно идет по бордюру, задумчиво рассматривая ворон на ветке. Будущий натуралист растет.
– Сынуль, смотри под ноги, сейчас еще упадешь с бордюра, ударишься. Будет больно.
Тим крепче сжимает мою руку и широченно улыбается.
Какой прекрасный сегодня день! Главное, не думать про понедельник, и про Обломова, и про его странные мотивы возвращения.
Только мы заворачиваем за угол ремонтной мастерской, как из-за спины раздается знакомый голос.
– Марина?!
Меня обдает жаром и бросает в дрожь от одного только лишь звучания этого хриплого баритона.
Беру свои слова назад! Паршивый день!
Ускоряю шаг, делая вид, что не слышу Костиных позывных, но тут он сам догоняет нас и преграждает дорогу.
Напряжение внутри нарастает. Крепче сжимаю руку Тимофея, словно опасаясь, что его могут отнять.
– Решила заняться ремонтом телефонов. Интересно, с чего это вдруг?
– Не твое дело. А ты что, следишь за мной?
– Да нет, я по делам приехал. Увидел тебя, с твоим …, – выдерживает намеренную паузу и сквозь зубы произносит, – сыном. Решил подойти, поздороваться.
Слишком долгое молчание Кости заставляет меня нервничать. Да еще и этот пристальный взгляд, которым он одаривает ничего не подозревающего Тимошу.
Поздоровался, молодец, – отвечаю, снова ускоряя шаг и огибая Обломова, – я сейчас не настроена с тобой разговаривать. Мы идем домой.
– Домой? – с обидой в голосе спрашивает меня Тимофей. – А как же парк?
– В другой раз, солнце. Мама забыла доделать кое-что важное.
Практически отталкиваю локтем Обломова, прорываясь вперед, но он, похоже, не думает отступать.
– Марина, постой, – замирает, вперив острый, как кинжал, взгляд на моего сына, – что-то здесь не так.
Глава 6
Костя
Смотрю на мальчика, которого видел всего один раз в жизни, и внутри что-то с треском переламывается.
Неприятное чувство. Раньше подобного я не испытывал, и это меня чертовски пугало.
Пять лет я не видел этого ребенка, и тогда, в роддоме, уходил без единой мысли, что это может быть мой сын.
Но сейчас, при свете дня, глаза этого мальчика, которые я видел всего один раз в жизни, были совсем другие.
Необычайно задумчивый, глубокий взгляд для столь юного возраста. Эта ямочка на подбородке, и чертова родинка над бровью.