–Я сейчас все объясню, – начинаю впопыхах, но Никита тут же меня перебивает.
– Не надо, Марина. Просто имей ввиду, если ты хотела провести время с любовником, могла бы так и сказать, а не просить меня посидеть со своим ребенком, якобы из-за занятости по работе.
–Никита, но я и правда была на работе! Тебе пригласительный с форума показать?
–А потом запрыгнула в тачку к бывшему мужу и позволила себя поцеловать?
Чувствую его боль. Ощущаю ее всем сердцем. Будь Никита другим человеком, я бы возмутилась. Я бы сказала, что это только мое дело, с кем и почему я целуюсь в машине. Но сейчас!
Сейчас вся картинка в глазах Никиты являлась ложью. И мне становилось невыносимо паршиво из-за этой ситуации.
–Никита, поверь мне! Между мной и Обломовым ничего нет. И не будет больше никогда. Просто не может быть.
–Я не знаю, Марина. Он успешный бизнесмен, ты отличный маркетолог. Оба с перспективами, общим прошлым. Да и не стоит забывать, кто отец Тимофея. Неужели у тебя не могут снова проснуться к нему чувства?
Я только вспыхиваю от ярости, услышав слова приятеля.
–Тс-с-с, – Никита едва не получает затрещину, – сдурел что ли? О том, что Обломов имеет отношение к Тиму, вообще никто не должен знать. Я доверила тебе эту тайну не для того, чтобы ты орал ее на весь подъезд.
–Да, понял я, понял, – бубнит обиженно.
–Спасибо тебе за машину, кстати, – пытаюсь смягчить напряжение между нами, – и еще, если вдруг все же решишься с ним работать, не забывай, что на тебя всегда смотрят, как на источник выгоды. Не больше.
Скрещиваю руки на груди и приоткрываю дверь квартиры.
Пора возвращаться.
Никита смотрит в пол, будто ощутив себя виноватым.
–Ладно, прости. Я вспылил. Не знаю, что на меня нашло.
–Все нормально, главное, что мы все выяснили, – сжимаю руку Никиты в знак благодарности, и тут же замечаю его разочарованный взгляд.
Рассчитывал на другое расставание? Поцелуй?
Проходит секунда и, когда он все же осознает, что на большее ему рассчитывать не приходится, парень стремительно застегивает молнию и направляется к лестнице.
Я возвращаюсь в квартиру, а меня все еще мучает совесть. Никита ведь так надеется, что однажды я дам ему шанс.
И я пробую. Правда пробую уговорить свое сердце чувствовать к нему что-то кроме дружеского тепла, но оно никогда не билось рядом с ним так, как когда-то пульсировало рядом с Костей.
Но сейчас к одному у меня нет любви, а к другому уважения.
***
На работу приезжаю ровно к девяти утра.
Заранее готовлю себя к очередной порции унижений от нового шефа и с неохотой захожу в его кабинет.
Костя сидит на диване, перелистывая кожаный ежедневник.
Стоит только мне появиться на пороге, как он с укором заявляет:
–Две минуты опоздания.
–Я не опоздала, в это время я уже была в офисе и получала ключ от своей каморки.
Взгляд Обломова сегодня другой. Такой, словно он решил сменить правила игры, но не спешит ставить меня в известность.
–Ты забыла у меня вчера в машине вот это, – заявляет Костя, вытаскивая из своего стола мой картхолдер, – должно быть, выпал у тебя из сумки.
Рывком выхватываю его из рук бывшего.
–Твой сын на тебя не похож, – вдруг заявляет Обломов, когда я почти дохожу до кабинета.
–А тебе не говорили, что нехорошо рыться в чужих вещах?
–Я не рылся, – фыркает Костя, – просто запомнил его после встречи на улице. Но мне все-таки интересно. Если ребенок не похож на мать, будет ли он похож на отца?
Его вопросы все глубже проникают под кожу.
Меня бросает то в жар, то в холодный пот.
–Не знаю. Генетикой не увлекаюсь. Но если ты закончил, я пойду к себе.
Несколько секунд Костя изучает меня с видом, будто давно знает обо мне всю подноготную.
Высокомерный. Заносчивый сморчок! Пусть только попробует сказать мне еще хоть слово про ребенка!
– Сперва аналитику покажи, которую ты должна была сделать.