– Вы можете подняться? – незнакомка пытается поставить меня на ноги, но не выходит.
На помощь к ней подбегают еще двое мужчин.
– Может, вызвать скорую? – спрашивает кто-то из них.
– Нет. Нет. Не нужно. Это сейчас пройдет.
Кое-как они подводят меня к одному из диванов внизу офисного здания. Терплю неприятные спазмы внизу живота, еще не догадываясь, что ждет меня в следующую секунду…
– Срочно звоните в скорую! – только и слышу я голос из толпы. – Здесь женщина рожает! У нее отошли воды!
Глава 2
Едва ли понимаю, что со мной происходит. Врачи, белые халаты и шумное отделение роддома.
Я не понимаю, что чувствую. Страх. Боль. Тревогу.
Что будет дальше с нашей семьей? День рождения ребенка должен был стать самым счастливым днем в моей жизни, но сейчас я ощущаю себя полным ничтожеством. Без будущего, надежды и без верного мужа, который должен был всегда оберегать меня и нашего кроху, но уничтожил все до основания.
От Кости ничего. Он не звонит мне, и даже, вероятно, еще не знает, что забыл свой телефон дома.
Вспоминаю Костю и новый жгучий угол ревностной боли проносится по сердечной мышце. Что я скажу ему, если снова увижу?
Вероятно, уже ничего. Ведь у него другая семья! Другая женщина.
Очередной период схваток. Слеза стекает по щеке, и пронзительная боль сковывает тело.
Стараюсь дышать размеренно, слышу гул врачей.
Закрываю глаза и снова делаю глубокий вдох. Мир теряет краски, и я понимаю, что теряюсь среди обрывочных эпизодов.
Помню себя на осмотре. Помню возгласы акушерки, яркий свет от лампы. Помню обрывки вопросов врача и белую палату.
Но лучше всего я помню, как врач впервые показал мне мое маленькое чудо.
***
Лежу в одиночестве в пустой палате, куда меня только что перевели из двухместной.
Интересно, чем я такую радость заслужила? Может, Костя подсуетился, если ему вообще еще есть до меня дело?
Роды прошли довольно быстро, но за все это время никто так и не позвонил мне. Никто даже не подумал о том, что я могу быть в беде!
Только меня посещает эта мысль, как я слышу в коридоре шум шагов, и спустя пару минут в палату входит Костя.
–Привет, – говорит он, как ни в чем не бывало.
Натягиваю одеяло и молчу. Разве нам еще есть, о чем говорить? Или я просто не знаю с чего начать, ведь за последние несколько часов случилось слишком многое?
– Смотрю, ты не намерена отвечать. Ладно, тогда перейду к делу.
Едва успеваю перевести дыхание, подумать о том, как правильно себя вести в такой ситуации, как Костя огорошивает меня своим внезапным заявлением:
–Я ухожу от тебя.
– И что, говоришь мне это только сейчас? – спрашиваю с ненавистью в голосе. – После того, как я родила от тебя ребенка? После того, как успел завести другую семью?!
– Моя личная жизнь теперь не должна тебя касаться. Я ухожу от тебя по другой причине.
Не знаю, что ему возразить на столь наглое заявление. Я не узнаю этого человека. Это кто угодно, но только не мой муж!
–Ты говоришь мне о других причинах, хотя я только несколько часов назад видела тебя с другой! Не пытайся оправдаться!
Крик обиды сдавливает горло, я не могу вдохнуть, но и заплакать тоже не могу.
– Марина, я не намерен слушать твои обвинения. Я ухожу от тебя, потому что мне не нужен ребенок от другого мужика.
Не могу поверить словам мужа. Как он может обвинять меня в неверности?!
–О чем ты вообще говоришь? Как у тебя язык поворачивается?!
Его слова полностью расходятся с его действиями! Вчера он был моей опорой и поддержкой, а сегодня стал для меня врагом.
– Я бесплоден, Марина. Всегда был. Последние девять месяцев я верил, что, возможно, это не так, но, когда увидел ребенка, которого ты родила, у меня не осталось сомнений – это не мой сын.
У меня отнимается язык от его слов. Да как он вообще смеет говорит мне такие вещи?
Я любила мужа больше жизни, отдавая ему себя по крупицам со студенческой скамьи. Я верила ему, поддерживала, у меня даже в мыслях не было других мужчин. Никогда.
– Как тебе вообще могло прийти такое в голову!? Если ты просто хочешь уйти – уходи. Я не держу.
Внутри все рушится.
Трещит по швам и взрывается.
Говорю ему, что готова, чтобы он ушел, но внутри не чувствую ничего, кроме терзающей, глубинной пустоты.
Что он будет делать дальше? Хоть один мускул дрогнет на его бессовестном лице? Может, он поймет? Поймет, что ошибся, что причинил мне боль, что был дураком и придумал для самого себя небылицу? Может, он одумается и бросится мне в ноги с извинениями?
Сейчас. Пусть все это будет неправдой. Розыгрышем. Дурацкой шуткой!