Тихий заботливый голос мужа наполняет комнату, в один миг делая её совсем другой. Пока я была с девочками, мне казалось, что вокруг расцветают краски, всё сияет и искрится от их предвкушения прекрасного дня.
Но с Андрем всё иначе. Тепло и уютно.
- Ага.
Муж целует меня, умостившись рядом.
- К тебе бригада подмоги пошла. Ты от них сбежал?
- Сбежал.
- Оставил всё на Леночку и Ярослава, получается.
- Ну, Кристина тоже уже не ребёнок.
От его слов немного напрягаюсь.
- Знаешь же, что не для меня. Но я работаю над этим. Честно, - заверяю Андрея, мимолётно заглядывая ему в глаза.
В эти голубые прекрасные глаза, похожие на чистое лазурное небо над храмом в летний день.
Мы всего несколько лет вместе, а будто всю жизнь.
- Всё будет хорошо. Сначала у Эдика поработает. Там за ней присмотрят. Глядишь, и получится чего.
- Надеюсь. Речь у неё ещё немного затормаживается. И прихрамывает.
Сын начинает кряхтеть.
- Подай воды, пожалуйста… Кирилл, ты ведь совсем не голодный… И салфетки, всё молоко по щекам. Да, Кирюш? Всё молоко по щекам? Да. Не голодный ты у меня. Спасибо большое… ой-ой, кто тут так покраснел…
- Давай, я сам. А ты одевайся, - Андрей протягивает руки к сыну. – Иди ко мне. Будем воду пить. Кристина нам тут наварила воды вкусной. Давай…
- Спасибо.
***
Несмотря на опоздания и приключения с мангалом, мы все усаживаемся за стол.
Наташа рассказывает о последних новостях в городе. Эдуард поучает Андрея и Ярослава, толкуя что-то про идеальный шашлык на углях прошлогодней давности. Карим, их сын, тоже не скучает, давая мне повод наблюдать за ним пристальнее.
Он хоть и младше Кристюши, но успешно окучивает мою старшенькую вниманием, шутками и комплиментами. Весь в отца. Эдуард за Наташей ухаживал страстно, но долго. Подруга моя далась ему нелегко. Думаю, Кристюша тоже измотает даже блаженного.
Леночка, разделяя мои взгляды, от молодых практически не отходит. Кристина иногда злится, что младшая сестра обращается с ней так, будто они поменялись местами. Но тут поддержки моей Кристюша не находит, я сама ещё не скоро смогу сказать, что она взрослая и самостоятельная.
Нет. Скорее всего никогда так не скажу.
Молодёжь уходит за арбузом. Платоша и Катюша висят на Андрее и Ярославе. Кирюша уютно устроился в объятьях Наташи, присоединившись ко всем детям, чувствующим в ней что-то особенное и очень тёплое.
Я принимаюсь рассказывать о недавно навестившей меня Ларисе. Наташа посмеивается, вспоминая, как мы, три молодые свиристелки, ходили вечером на пруды и пели песни Тюлькова о сирени.
Сад переполняется разговорами и смехом.
Это был хороший день…
- Ма, - Кристюша вырастает прямо передо мной. В глазах её то ли страх, то ли смятение.
- Да? – я рефлекторно поднимаюсь, готовая ко всему.
- Там какая-то женщина…
- Женщина? Мы кого-то ещё ждём? – Наташа смотрит то на меня, то на Кристину.
- Нет. Пойдём…
- Ма, ты сама сходи… я не… хочу…
Моё сердце уходит всё ниже и ниже по телу.
В этом мире есть только две женщины, на которых Кристина реагирует очень болезненно.
Милана.
И…
Я быстро иду к калитке, попутно давая знак Андрею. Уже вижу за деревьями Леночку и Карима. Рядом с ними стоит полная практически седая женщина в простом платье и большой сумкой в руке.
Лена будто чувствует меня, оборачиваясь. Те же глаза, что и у Кристюши.
- Валерия Васильевна, - скрывается у меня с губ. – Что вы здесь делаете?
Андрей быстро берёт меня за руку. Сердце моё замирает.
- И вам доброго дня, Алевтина Григорьевна. Я к дочерям. К Кристине, - уточняет она.
- Кристина не хочет вас видеть, - быстро вставляет Андрей.
- Я знаю, - горько соглашается незваная гостья. – Я ушла от мужа… и… просто хочу на неё посмотреть…
Я отрицательно качаю головой: