- Что о нем думаешь? - Вот ведь прицепилась любопытная.
- Стандартная история про директора и его секретаршу? - возвращаю беседу в нужное мне русло. Чувствую, как боль зарождается в солнечном сплетении. В горле першит, откашливаюсь.
- А вот и нет! - задорно сообщает она. - Мы тоже все думали, что между ними что-то есть. Но ни фига. Он - кремень! Свечку мы, конечно, не держали, но повода в этом усомниться у нас не было. Всем отделом почти расследование проводили.
- Зачем? Марка Германовича кто-то еще хотел к рукам прибрать? - Я теряю осторожность. Рано или поздно она ведь узнает, кто я на самом деле. Но мне не важно, ловлю подробности, пока она готова ими со мной делиться.
- Думаю, он многим нравится, но чтобы дальше мечтаний, мне кажется, что нет. У него же еще семья есть. Я не видела, но так девушки наши говорят.
Внутри меня все ликует! Может, я зря плохо думаю о Марке, всех подозреваю? Кажется, я уже готова поверить, что это его приятель Роман, мимо проходя, наступил на весы одной ногой.
- Оксан, обед заканчивается. Так приятно с новым человеком поговорить, а то эти сплетни и пустые разговоры надоели. Могу и завтра зайти, и гречкой поделиться, - искренне улыбается.
- Приходи, конечно. Мы еще про адаптацию в садике не поговорили.
Марина уходит. Встаю следом, закрываюсь в кабинете. Знаю, что никто не придет, но сейчас мне психологически важно сделать для себя безопасное пространство.
Никак мои мысли не сходятся. Я же не глупая. Вижу - что-то происходит. Есть прямые улики: дурацкие весы, выкинуть их надо. Все беспокойство от них, то килограммами меня добивают, то мысли о любовнице подсовывают. Это раз!
Потом эти роллы, “деликатес для нищих”, к которым ни Марк не притронулся, ни я Только деньги зря потратила. Это два!
Третье - поведение мужа. А оно изменилось или нет? Может быть, оно и раньше было такое, но я не замечала? Когда Кристинка рядом, все внимание ей, а куда там смотрит Марк, кому что пишет, кто его знает.
До декрета ведь он точно вел себя иначе. Был внимательным, обходительным. А может, это потому что я была другой? Стройной, яркой, вокруг всегда были мужчины. Мою самооценку из космоса было видно. А сейчас…
Но неужели ему настолько важна моя внешность? Прилипло несколько килограмм, и все, жену пора в утиль? Отправить в подвал, чтобы и под присмотром, и на глаза не попадалась…
Беру лист бумаги, записываю свои подозрения. Самое печальное, что никаких прямых доказательств у меня пока нет.
Например, волосы. Вот я когда из ванной выхожу, как бы ни старалась, все равно они летят по всей квартире. Хоть где-то, да волосинку найдешь. А тут пустота. Кристюшкины волосы нашла, хотя кватиру уже пылесосили. А от любовницы никаких следов. Она что лысая?
Так, хватит себе голову ерундой забивать.
Буду внимательнее. Если у Марка кто-то есть, то я все равно об этом узнаю.
Мой рабочий день подходит к концу. Архив уже почти похож на документохранилище, а не огромную свалку. А через неделю сюда экскурсии водить можно будет, как в образцово-показательный.
Сейчас зайду!
Пишу Марку и тут же удаляю. Нечего давать ему время для маневра, лучше застать его врасплох. Перед выходом заглядываю в зеркало. Утренняя уклада растрепалась, лицо немного отекло, косметика от трудовых будней поплыла.
Влажными салфетками поправляю макияж.
Спрошу у мужа про планы на вечер и на неделю в целом. Посмотрю, насколько он рад, что у нас свободное время появилось.
Пока Кристинки нет, мы могли бы куда нибудь вместе сходить. Последняя совместная прогулка была аж на Новый год. Неплохо было бы возродить традицию свиданий.
Поднимаюсь по ступенькам, стараюсь напрягать мышцы, попа будет круглая и упругая.
У приемной меня недовольным взглядом встречает Юлианна. Снова осматривает меня с таким видом, как будто очень удивлена, что я смогла из своих тигулей вылезти.
- Вы к нам зачем? Наша прошлая бабуся к нам не поднималась, - смотрит на меня сквозь дорогущие очки.
Бабуся? Это я бабуся? Да у нас с тобой, милая, разница лет пять в самом лучшем случае.
- Марк Германович на месте?
- Если вы к директору, то ближайшая запись только на завтра. Нужно, понимаете ли, следить за местом в иерархии и соблюдать субординацию.
- Уверена, он меня примет! - Я поставлю эту крашеную выдру на место! Унижение и возмущение в одном флаконе - адская смесь. - Заодно и иерархию с ним обсудим.
- У вас назначено? - с надменным видом берет огромную синюю тетрадь, куда должны записываться посетители. Водит пальцем по строчкам. - Как говорите ваша фамилия?
- Аверина. Как же вы работаете на такой важной позиции с такой плохой памятью?
Да что я перед ней отчитываюсь. Иду к двери. Слышу, Марк с кем-то разговаривает, его собеседника не слышно, видимо, переговоры по телефону.