Не все на такое способны, не все. Как бы то ни было, как бы ее здесь не ценили, она явно бесстрашная и верит в то, что правда всегда побеждает, раз так с ним разговаривает.
А вот во мне сейчас этой веры практически нет. Я разучилась верить и мечтать за один день.
За один день я потеряла все. В моей жизни остались только дети. Кажется, что только их я буду любить искренне и всей душой, а они в ответ меня.
— Кажется, вы меня не поняли. Это решать не вам. Выйдите отсюда, — открываю глаза и вижу, что женщина готова вытолкать его взашей, но я останавливаю ее, не хочу, чтобы у нее были проблемы.
Я благодарна ей за то, что она уже для меня сделала, это многого стоит, но с мужем справлюсь сама.
— Не надо никого выгонять, я остаюсь, — внезапно охрипшим голосом отвечаю, и клянусь, и врач, и муж застывают в изумлении. Да порой я умею удивлять.
— Вот и правильно, это очень мудрое решение, Полина Николаевна. Сейчас за вами надо наблюдать. Дома вы не сможете обеспечить себе покой и строгий режим, как бы кто не говорил. Захочется самой сходить куда-нибудь, захочется убрать в комнате.
С какой-то легкой материнской любовью, говорит женщина и подходит ко мне, проверяя капельницу.
— Знаю я все эти домашние посиделки даже с сиделками. Нет, больница — лучшее решение. Здесь никто не геройствует, здесь все отдыхают и восстанавливаются. Вы молодец, а даже если и боитесь, вы в палате будете не одни. У нас есть и двуместные, и трехместные, на выбор.
В этот момент лицо мужа надо только видеть. То, как он стискивает зубы, это нечто. Да, я понимаю, он не ожидал услышать подобного, но решение принимаю спонтанно.
Да, я боюсь оставаться в больнице, правда боюсь, но почему-то сейчас мне кажется, что лучше этот страх, чем возвращение туда, где мне угрожает опасность. Сегодня, сейчас я не готова, не могу. Может быть до завтра и взвою от страха и попрошусь домой, но то будет завтра, а сегодня я останусь здесь.
— Полина, не говори глупостей. Ты ведь прекрасно знаешь, что будет через пару часов. Тебя накроет паника с головой. Побереги себя и ребенка, — немного грубо начинает говорить муж.
— Вот, о чем я и говорю. Вы не обеспечите с таким поведением пациентке покой. Я не могу ее с вами отпустить, вы же грубый, неотесанный, черствый и даже жестокий человек. Пойдите вон, я не для того спасала их жизни.
— Полина. Не делай глупостей.
— Все нормально. Я смогу побыть здесь, это действительно нужно, Саш. Всем нам нужно. Простите, — поворачиваю голову к доктору. — Вы не могли бы нас оставить на несколько минут? Мне нужно сказать ему пару слов, — специально не говорю слово «муж», потому что я уже не знаю, кто он для меня.
— Вы в этом уверены? — сжимая мою ладонь, спрашивает доктор, тепло улыбаясь, и я улыбаюсь ей в ответ.
Все же, когда к тебе с теплом, хочется тем же ответить.
— Да, я уверена. Спасибо вам за заботу, — спокойно отвечаю ей, и она, видя мою реакцию, недовольно помотав головой, все же выходит.
— Ты с ума сошла? Что это за цирк, Полина? Что ты здесь устроила? — едва за женщиной закрывается дверь, муж подлетает ко мне и, нависнув черной тучей, рычит, а мне уже не так страшно.
Глава 33
Глава 33
Полина
— Ой, девочки. Знаете, мужики, это такие существа, которых понять невозможно, дрессировки плохо поддаются, воспитывать тоже тяжело.
Говорит одна из двух соседок по палате.
— Мало, очень мало тех, кто идеален сам по себе и без греха. Мне кажется, такой, если и попадается, то один на миллион, а с остальными нам придется мириться с такими, какие они есть. Все с недостатками, каждого хочется переделать, ну что уж. Ничего не попишешь.
Да, я переночевала ночь и даже не одну, а уже целых три, и осталась закреплена за той женщиной, которая приняла меня. В принципе не расстроена, она хороший специалист. А женщины в палате добрые, отзывчивые. Одной даже сорок девять, и она решилась рожать, и тоже второй ребенок, тоже не могли долго забеременеть. Вот только она кажется куда более счастливой меня.
A первая девчонка, которая сейчас говорит, ей всего двадцать два, милая, юная, наивная. Да, видевшая жизнь, но еще не так много и не во всех ее вариациях. То, что она считает мелочью, для меня на самом деле большая трагедия.
— Вот тебе, Полина, повезло. Твой муж очень заботливый, внимательный, так беспокоится о тебе. Завидую белой завистью. Меня сюда упекли и явно надеются, что я не сохраню ребенка. Родители мужа были против меня, как так на простушке женился, испортила породу. Ну ничего, я им еще покажу, что такое порода, и что ее я не испортила, а скорее, наоборот, внесла в нее разнообразие, тем самым улучшила.