От ее слов у меня перехватывает дыхание. «Сжалится»?! Просто поверить не могу, что она это на полном серьезе!
— Ты в своем уме, мам?! — восклицаю я, глотая слезы. Чувствую себя окончательно униженной и раздавленной.
— А как ты собираешься одна ребенка поднимать на свою-то зарплату воспиталки? Ты об этом подумала?
— Уходи, мама! Даже слышать этот бред не хочу! — уже кричу, внутри раздирает такая боль, что хочется прямо тут упасть и молить бога об амнезии.
— Не кричи на меня! — верещит в ответ мама с красным лицом.
Бабуля охает и плачет. Пытается нас разнять:
— Маша, не надо, — хватает маму за плечо. — Отступись.
Вытираю лицо ладонями, пытаясь унять сами по себе катящиеся по щекам слезы:
— Ты сама себя слышишь, мам? Ты предлагаешь мне жить с мужиком, который все годы, что мы с ним встречались, сидел у меня на шее, и который мне нахрен не нужен. И все это ради того, чтобы соседки не шушукались? Ты этого хочешь? Что другие скажут, тебя волнует. А ты хоть раз спросила, каково мне? Все эти недели на меня льется столько говна. А ведь я ничего плохого не сделала! Я вышла замуж по любви! Слышишь? По любви!
— Вот мы и видим, что это за любовь была! — смотрит на меня зло мама, будто я ее лично предала.
Я, конечно, знала, что мама будет очень переживать из-за всей этой ситуации со свадьбой. Но такое… Я не понимаю… Как она может такое говорить!
— Да, я ошиблась, — отвечаю я. — Человек, которого я любила, меня предал. И что? Теперь я должна повиснуть на первом встречном, чтобы он надо мной "сжалился"? Лишь бы тебе не было стыдно за меня? Лишь бы твои гребанные подруги не обсуждали тебя за спиной?! Нет, мам! Я себя не на помойке нашла!
Мама поджимает губы:
— Поздно думать о гордости, Алина! Я-то как раз о тебе и думаю! Я жизнь пожила, и после того, как твой отец умер, я сполна успела хлебнуть, что значит быть матерью-одиночкой и тащить всю семью на себе. И тебе этого не желаю!
— Ты думаешь, я этого не понимаю? Думаешь, я не боюсь? Мне очень страшно, мам! Но лучше я буду одна, чем с человеком, которому на меня плевать. И я справлюсь. Как бы тяжело не было. Если я тебе такая обуза, и, если тебе за меня стыдно, я сегодня же соберу чемоданы.
— Не нужно мне тут угрожать! Умная и взрослая выросла! Так как же ты оказалась, дочка, в таком дерьме, если такая умная, а? Никогда меня не слушала!
Бабушка рыдает, мечась между нами:
— Перестаньте! Замолчите обе, — говорит она, выталкивая маму за порог моей комнаты.
Я тут же закрываю за ней дверь и сползаю вниз, обхватывая руками колени.
Мама еще что-то причитает, а я закрываю уши. Громко рыдаю, только чтобы не слышать больше ее слов. Все сказанное – ржавым гвоздем по сердцу.
Господи, да за что же мне это все?! Чувство, что меня просто все предали. Даже собственная мать!
Вытираю слезы, пытаюсь успокоиться. Хотя бы снова научиться дышать, но внутри все пылает настолько, что не могу толком вздохнуть.
Не знаю, сколько проходит времени, когда слезы, наконец, иссякают. Голова тяжелая, туманная. Чувствую себя как побитая собака.
Поднимаю голову и взгляд сразу падает на розы. Проклятые розы Яра.
Злость снова накатывает.
— Придурок, — шепчу сквозь зубы.
Глаза снова наполняются слезами.
Испоганил мне жизнь, а теперь таскается со своими букетами. В следующий раз швырну ему его прямо в рожу!
Склоняюсь над коленями, снова закрывая лицо руками.
Боже, как хочется, чтобы кто-то просто пришел и сказал: «Я с тобой».
Папа.
Господи, папа, как же мне тебя сейчас не хватает. Ты бы нашел слова. Ты бы обнял, как в детстве, крепко-крепко, и мне стало бы легче.
Обхватываю сама себя руками, как учу деток в интернате, чтобы почувствовать хоть какую-то опору и защиту, даже если это только я сама.
— Что бы ты сказал, пап? — шепчу в пустоту.
Или Рам. Что бы он сказал? Усмехаюсь. Он бы сказал что-то вроде:
«Не ссы, Бумбон. Держи голову выше, даже если внутри все на соплях. Фишка в том, чтоб другие об этом не узнали».
--
Дорогие девочки! Всех с наступившим! ❤️ А чтобы Новогоднее настроение продолжалось, хочу познакомить вас с еще одной новинкой из нашего литмоба!
Ирма Голд
НОВОГОДНЕЕ ЧУДО ИЛИ ПАПА В ПОДАРОК