Уже не девочка, и пора бы пройти обследование. Я каждый раз махала на себя рукой, едва где-то что-то кольнет. Ну потом, думала я. А теперь посмотрела с другой стороны: если муж изменяет, на кой ему нужна больная жена. Он и вовсе уйдет. От этой мысли даже голова закружилась.
Я ухватилась за столешницу. Медленно выдохнула. Опять давление подскочило? Я, конечно, никогда его не измеряла, но само так подумалось. Иначе, почему частые головные боли? Теперь-то понятно: нервы. Но до пропажи кольца как-то и повода для расстройств не было.
И снова мысли про украшение. А Волков словно назло и не думал искать. Опер называется! В собственном доме пропали драгоценности, а он и пальцем не пошевелил. О чем это говорит? Сам изъял. И не признается. Но разве так можно? Хотелось не то чтобы плакать, а выть белугой.
Лерка чмокнула меня в щеку, проговорив на прощание, что все обойдется. И убежала в салон. Клиент у нее. Я убрала со стола грязную посуду. Выбросила остатки пирожного. Что толку хранить? Доедать не буду.
С сожалением осмотрела пустую кондитерскую и одинокие столики. Сколько раз себе говорила: "Не смей переступать порог с плохим настроением. Отпугнешь посетителей". Так и есть: посеяла отрицательную энергию. За весь день не больше десятка клиентов. А ведь у меня даже в выходные дни народ толпился.
Кондитерская располагалась в удобном проходном месте. Помимо обычных людей, забегающих за свежими десертами, тортами, пирожными и выпечкой, нескончаемым потоком шли представители власти и сотрудники прочих ведомств, которые находились в этом районе. Да, пришлось потрудиться, выкупив это небольшое одноэтажное здание, чтобы открыть в нем кондитерскую. Влезла в жуткие долги еще двенадцать лет назад. Но со временем все окупила и твердо встала на ноги.
Именно здесь, за чашкой кофе, я познакомилась с первым мужем, Виталием Беловым. Сама удивлялась, как этот серьезный и малоразговорчивый человек сумел меня увлечь, что я согласилась выйти за него замуж. Но скорее всего, меня подкупило его желание помочь. Именно Виталик закрыл последний кредит. А когда я узнала о беременности, настоял, что ничего страшного: наймут сотрудников, и кондитерская будет процветать и без меня, пока я нянчилась с Машей. Так и получилось. А потом начались серые будни, и его образ доброго ангела затмил нудный судмедэксперт, которым Виталик и являлся. Его манера вникать в любые мелочи, ковыряться в деталях порой выводила меня, бесила. А когда на горизонте возник Андрей, все встало на свои места: я не любила Виталика. Разошлись мирно. Зачем портить жизнь мужику? Он вполне мог встретить свою настоящую любовь.
От раздумий меня отвлек телефонный звонок. Едва взглянув на экран, я вновь зажмурилась от боли в затылке, а к горлу подступила тошнота. Звонила воспитатель детского сада, в который ходила младшая дочь. Тревога тут же легла на сердце. За то короткое время, что кнопочка посещала сад, мне еще ни разу не звонили. Даша с завидным удовольствием оставалась с первого дня. Ни тени сожаления на детском личике. Ни слезинки и нытья: "Мамочка, я не хочу в сад!"
Переведя дух, я ответила:
— Алло.
— Оксана Дмитриевна?
— Да.
— Вам звонят из садика. С Дашей случилась беда. Ее увезли по скорой в детскую клиническую больницу.
Лера, подруга Ксюши. Владелица салона красоты
Глава 5 А ты что здесь делаешь
— Моя девочка. Моя кнопочка.
Благо я была за рулем. Не надо было вызывать такси и томиться в ожидании машины. Но представляю, какого размера штрафы прилетят мне в виде писем счастья. Я превысила скорость там, где не положено и проскочила на красный свет. Пусть меня лишат водительских прав, но я всеми силами стремилась побыстрее приехать в больницу.
В дороге несколько раз набрала номер мужа. Но Андрей не отвечал. Кое-как настрочила сообщение, не сбавляя скорость: "Даша в больнице. Перезвони". И отбросила телефон на пассажирское сиденье:
— Скотина! Неужели не чувствует, что родная дочь в опасности. Настолько погряз в расследованиях? Или... Или с любовницей? Черт, черт, черт!