Только мой бывший муженёк решился нарушить гнетущую тишину. Он встал, демонстративно вскинул подбородок и расплылся в приторной любезной улыбке.
— Добро пожаловать, генерал Равенхольт, — произнёс он, голос чуть дрогнул, несмотря на попытку казаться уверенным. — Рад, что вы почтили нас своим присутствием.
Генерал не ответил сразу. Он медленно обвёл взглядом весь зал, задержавшись на мне на полсекунды дольше, чем на остальных.
— Я ненадолго. Дела Империи не ждут, — глухо сказал он.
— Конечно, конечно… — забормотал мой бывший муж. — Вы стоите на защите наших жизней…
За спиной генерала стоял юноша в форме, державший в руках запечатанный подарок. Он передал его слуге, а затем сам отступил и покинул бал.
К генералу тут же подскочил слуга и вежливо провёл его к выделенному месту. Оно оказалось рядом с Лилией, мне он был очень хорошо виден. И это был очевидный знак, насколько высоко было его положение. Ведь сидел он рядом с самим хозяином вечера.
Когда подошла девушка-служанка, чтобы наполнить бокал генерала вином, он мягко остановил её движением руки. Она замерла, глянув на моего бывшего мужа. Тот чуть заметно кивнул и снова натянул улыбку. Но все уже заметили: генерал пить за свадьбу и счастье молодых не пожелал.
— Леди Элеонора, — вдруг обратился он ко мне. — Рад приветствовать вас. Удивлён увидеть вас здесь.
Слова были сказаны вежливо, но я поняла, что впервые обратиться он должен был к Лилии. Она ведь хозяйка вечера. Та моментально побледнела, потом залилась краской и прикусила губу. Только я захотела сказать, что не по своей воле сижу на этом пире, как в мою коленку вцепилась железная хватка моего бывшего мужа. Боль была резкой, я охнула.
— Вам плохо? — спросил генерал, хмурясь. Его жёлтые глаза словно насквозь прожигали пространство.
— Да… мне нужно выйти, — прошептала я.
— С ней всё в порядке, — резко вмешался мой бывший.
Генерал даже не повернулся к нему, просто сказал:
— Я сейчас обращаюсь к леди Элеоноре.
Я поняла, что это мой шанс. Пока он рядом, бывший не посмеет мне перечить. Я должна воспользоваться этим.
— Всё… в порядке. Только… я оставлю вас на время, — я посмотрела прямо в золотые глаза генерала и вдруг ощутила, что этого человека невозможно обмануть.
Встала, сделала шаг в сторону, собираясь выйти из-за стола, как бывший перехватил мою руку. Его голос звучал слишком тихо, слишком нежно — от чего становилось только противнее:
— Я буду ждать… твоего возвращения.
Я снова бросила взгляд на генерала. Тот стал ещё мрачнее. Я неопределённо кивнула и выдернула руку из его захвата. Высоко подняв подбородок, зашагала к выходу, каблуки звенели по мрамору.
Но даже уходя, я чувствовала на себе прожигающие взгляды…
Стоило за мной закрыться дверям, как я сорвалась с места и почти бегом направилась в свою комнату, поднимая юбки, чтобы не мешали.
В лифе у меня, к счастью, были спрятаны пара монет — подарок Берты. Сейчас было лучшее время, чтобы бежать.
Добравшись до спальни, я метнулась к шкафу, открыла его и стала перебирать вешалки. Остановилась на простом костюме: мягкий зеленый бархат, рубашка с широкими рукавами, плотный короткий жилет, обтягивающие штаны и высокие сапоги. Всё сидело идеально. Увидела темный плащ и набросила его на плечи.
На антресоли нашла небольшую сумку. Забросила туда запасное бельё, рубашку и бумагу о разводе, которая лежала на комоде.
Жалко, что у меня не было никаких удостоверений личности… но рисковать, обыскивая кабинет бывшего, я не могла.
Чёрт с ними. Что-нибудь придумаю. А если спрячусь в какой-нибудь глухой деревушке — быть может, никто и не спросит.
Я выглянула в коридор. Пусто.
Сборы заняли не больше пяти минут. Мне казалось, у меня был шанс успеть скрыться.
Я оглянулась, крадучись спустилась вниз по лестнице и, затаив дыхание, приготовилась пересечь холл. Лишь бы пройти незамеченной, лишь бы добраться до двери…
Но стоило мне ступить на последнюю ступень, как чья-то рука с силой вцепилась в мою. Меня дёрнули назад так резко, что вывернули запястье. Я вскрикнула от боли — сумка выпала из другой руки и со стуком упала на пол, рассыпав содержимое.
Прямо передо мной стоял он — бывший муж. Его глаза горели яростью. Он приблизился вплотную, навис, точно хищник, и зашипел, цедя каждое слово сквозь зубы:
— Сбежать надумала… сука?
Я не отвечала, только выпрямилась, хоть и дрожала. Сердце колотилось где-то в горле. Он сжал моё запястье так сильно, что я была уверена — на коже останутся синяки.
— Я тебя не отпущу. Не позволю. Поняла?