Были родные, стали чужие.
У меня сердце кровью обливается. Разрывается на части от отчаянья.
Лайма такими грустными чёрными глазами-пуговками смотрит, запрыгивая на меня лапами. Чувствует поселившуюся во мне тоску.
– Сама себя слышишь? – не унимается мой, так называемый муж. У тебя ничего нет. Не позволю, чтобы с тобой скиталась моя дочь неизвестно где, – голос его разразился раскатами грома.
– Ошибаешься. Есть квартира, – спокойно отвечаю я, – для нас вполне предостаточно.
– Моя жена и ребёнок будут жить здесь, в этом доме! – подходит и приподнимает слегка пальцем мой подбородок, высверливая испепеляющим взглядом насквозь.
Его подменили??
Не нахожу в нём и капли от мужчины, прожившим под одной крышей со мной пять лет.
Бывали моменты, когда он возвращался с работы раздражительным.
Только и всего.
Но, окунувшись в семейную идиллию, как рукой снималось его напряжение.
– В доме? – возражаю я. – Скорее всего это притон для твоих любовниц! Как долго ты водишь их в нашу постель?! – срываюсь, не задумываясь о том, что реакция мужа на такие слова может быть самой непредсказуемой.
Дрожь пробивает меня с головы до пят при виде того, как передергивается и багровеет его лицо.
– Слушай, не говори ерунды, Аля! – скользит по мне бешеным взглядом. – Давай поговорим.
Поговорим?! Он это серьёзно? Как о таком можно вообще говорить. Да я едва не лишилась дара речи от увиденного.
Он всё сказал, а точне…сделал. Предал меня.
И тут перебираю в памяти, что Инга последнее время зачастила к нам. А я с такой безотказной наивностью принимала её.
На часок, да забежит. Чайку попить.
Всплывают образы, как она мило улыбается Тихону, пускает всевозможные шуточки. Мне и невдомёк, что это оказывается неспроста.
В его же поведении совершенно ничего подозрительного не припомню.
Вот же артист! Как умело носил маску.
Сорвала я её сама.
Всё увиденное стоит перед глазами. Не исчезает. На всю жизнь?
Да. Не забыть. Никогда.
– Ты предал меня. Ты понимаешь это?! – я вне себя. – Ты разрушил нашу семью, нашу любовь. Только вот…вероятно, её и не было. Если бы ты любит по-настоящему, то не опустился бы до такого предательства.
Хочу всё ему высказать, внутри всё клокочет от боли и обиды.
– Аля, ты себя видела? Посмотри! – толкает меня к зеркалу.
Носом к носу я сталкиваюсь сама с собой и столбенею.
Жалкое зареванное лицо и разбросанные по плечам волосы на фоне позади стоящего пышущего здоровьем мужчины. Отпрянула, утирая руками струйки сбегающих слёз.
– Тебе хватило одной секунды. И я стала такой… – беру сумку, собираясь покинуть давящие на меня со всех сторон стены.
Тихон оказывает на меня неимоверное давление, что и всё вокруг словно зажимает меня и душит.
– Мне?? Да у тебя от дорогих вещей шкаф ломится! Салон красоты?! Пожалуйста! Всё, что угодно! – эхом разносится громогласный бас. – А ты нарядилась в одно и тоже! На, кого похожа?!
Готова скрыться куда угодно, чтобы не слышать эти упрёки в свой адрес.
Оказывается всё дело в том, что по его мнению я недостаточно слежу за собой. И поэтому удостоилась такого “внимания” с его стороны, как измена.
А то, что я отказалась от домработницы и всё делаю своими руками.
Готовлю, навожу уборку, слежу за тем, чтобы рубашки его были постиранные и выглаженные, забочусь о нашей девочке…помимо различных развивашек, занимаюсь с ней в любое свободное время.
Это значит не в счёт?
Ему наплевать на заботу!
– Так что всё, возьми себя в руки и сделай вид, что ничего не было. Забудь, – строго произносит он.
Что?!
Разве такое можно когда-нибудь забыть?!
– Мерзкий предатель! Ненавижу тебя! – судорожно рыдаю навзрыд, не находя сил остановиться.
– Что ты сказала?!
Его сжатый огромный кулак с мою голову, поднялся в воздух...