Он возненавидел меня за то, что ложь раскрылась не самым выгодным для него способом?
Хотел и дальше продолжать свою игру…
Осознаю, что спорить в данную минуту бесполезно.
Теняев в состоянии страшного негодования.
Хотел сохранить в тайне свои встречи с Ингой, а я не вовремя появилась и всё испортила.
Как давно они вот так смеются надо мной и сколько бы ещё длилось это притворство?!
Намеревался ли он признаться во всём…и предложить развод?
А Инга?
Она и так, видимо, прекрасно себя чувствовала. Приходила, когда хотела пообщаться со мной. Заодно и Тихону поулыбаться.
Ну, а, если дома меня нет…ей и карты в руки?!
– Мама, мамочка! – раздаётся жалобный голос дочери, заставляя меня, встрепенуться всем телом…
Глава 5
Лера, увидев меня через распахнутые настежь двери, выбегает навстречу, раскинув руки.
Сердце начинает учащённо колотиться. Не совладать с ним, не унять даже самую малость.
Делаю глубокий вдох. Выдох…
Волнение не отпускает.
Чувствую, как кровь приливает к лицу и щёки начинают пылать.
Доченька моя маленькая, котёнок… Как же я соскучилась!
И чего только не напридумывала, теряя надежду увидеться с тобой сегодня. Представила, что одна дорога…в полицию. Искать помощи у закона.
Выражение лица моего мужа не смягчилось при виде дочери, а стало ещё более жёстче.
– Лера, я же тебе сказал оставаться дома. Подожди немного, и я приду, – выпаливает строго.
– Пап…, – останавливается в растерянности, оробев от такого тона, – я только одним глазком в окошко посмотрела и увидела маму. – Виновато смотрит на отца.
Что?! Он ещё и нашей дочери запреты выдвигал? Почему она просит прощение за то, что вышла на улицу?
Безграничная материнская любовь подталкивает смело броситься навстречу к своей девочке.
Милая моя, как бы защитить тебя и уберечь от всего этого!
– Милая моя, ну что же испугалась, иди ко мне, – присев на корточки, протягиваю распахнутые руки к девочке. – Ну же, хорошая моя.
Лера в ту же секунду срывается с места, спешит оказаться в моих объятиях.
– Мама, ты приехала, я так скучала! Пойдём скорее домой, там Лайма, она тоже соскучилась и хочет гулять, – тянет меня за руку, жизнерадостно и открыто улыбаясь, как могут только дети.
Хорошо, что она ещё маленькая и не умеет считывать эмоции. Но всё равно я стараюсь их тщательно скрывать.
Изо всех сил задерживаю, не позволяя вырваться слезам.
Тихон, собрав руки на груди в замок, строго наблюдает за происходящим.
Молчит.
Как бы мне хотелось сию минуту уйти вместе с Лерочкой.
Навсегда!
Забыть всё это, как страшный сон и начать жить с чистого листа. Подальше от этого предателя.
Продолжать сейчас спор, борьбу за нашу дочь…это исключено.
Лера же испугается. Не должны малыши быть участниками стычек родителей. Они пришли в этот мир, чтобы радоваться и наслаждаться жизнью, а не грустить и расстраиваться.
Мне ничего не остаётся, как набраться терпения, чтобы выстоять этот удар.
– Да…выпустим её, – соглашаюсь и, поднявшись, плетусь за Лерой, еле переступая ногами. Такое чувство, что стали, как ватные.
Тревога сковала меня изнутри.
Организм всецело сопротивляется переступать порог родного жилища.
– Мама, у тебя лицо такое красное, – дочка лепечет тоненьким голоском и внимательно смотрит на меня голубыми светлыми глазками.
– Просто солнышко очень яркое, вот я и загорела, – первое, что приходит мне в голову. – Там, где я была, оно очень сильно светит. Тебе тоже надо на воздух, чтобы щёчки стали розовыми.
Стараюсь улыбаться сквозь вновь навернувшиеся слёзы. Сдерживаю выступившие капли до режущей боли в глазах. От такого противоестественного напряжения голова наливается свинцом, становится тяжёлой.