Света к этому времени уже встала и позавтракала, поэтому занимает место рядом со мной. Ей делают довольно агрессивный макияж в стиле смоки айс, под ее алое платье как раз.
— Мам, я возьму тот бриллиантовый комплект, что с рубинами? — спрашивает дочь, пока ей завивают локоны и укладывают живописно на макушке, приподнимая прическу вверх.
— Конечно, к моему платью он все равно не подойдет, — соглашаюсь я, и в комнату, постучавшись, входит Вова с двумя фирменными пакетами в руках.
— Папа, — радостно стонет дочь, узнав марку ювелирного магазина.
— Не мог же я оставить тебя и маму без подарка, — улыбается муж, а я пытаюсь улыбнуться в ответ, но что-то плохо получается. — Не знал, какое платье у тебя будет, но вот…
Вова протягивает Свете фирменный пакет, и дочь с восторгом ныряет туда, игнорируя мастера по макияжу. Света всегда любила подарки, что делал отец. Надо сказать, что Вова часто баловал дочку, даже после того, как она выскочила замуж. Обычно отцы перекладывают свои обязанности на мужа, но в этом Вова был принципиален. Дочь его, и баловать ее тоже будет он.
— Какая прелесть, — Света открывает черный кожаный футляр, где на синем бархате лежит тонкий браслет с бриллиантами. — Спасибо, папа.
Поцелуй в щеку, и Света сразу просит отца помочь застегнуть украшение.
— Красота, — любуется дочь подарком.
— Теперь мама, — муж подходит ко мне и протягивает пакет. — Открывай.
— Может в полночь? — сомневаюсь я, однако руки сами уже лезут за футляром внутри пакета.
— Хочу, чтобы сверкала на юбилее, — не соглашается Вова, пока я достаю подарок и открываю его.
На красном бархате лежит великолепный жемчужный комплект: серьги, браслет и колье. Между жемчужинами вставлены бриллианты, колье переливается, играет в руке.
— Щедро, — тоже получаю дежурный поцелуй в щеку. — Впрочем, ты никогда не скупился на подарки.
— Тебе не нравится? — поднимает удивленно бровь Вова.
— Ну что ты, нравится, конечно, — успокаиваю его, прикладывая к себе колье.
— Решил, что неплохо порадовать тебя напоследок, — смеется муж.
— В смысле? — напрягаюсь я.
— Год заканчивается, а дальше начнется новая жизнь, - произносит Вова. — Ладно, не буду мешать, вы уже очень красивые, обе.
Муж выходит из комнаты, а Света провожает его внимательным взглядом.
— Мам, может, тебе показалось, и папа правда замотался на работе? — тихо спрашивает дочка. — Смотри, какие подарки нам подарил. Я не ожидала. Обычно он мне бриллианты не дарит.
— Надеюсь, что ошиблась, — с сомнением произношу я. — Между нами всё хорошо, дочь, не волнуйся. Просто оба устали, да.
Глава 9
Спускаюсь в гостиную уже при полном параде. Вова и остальные мужчины еще одеваются, а Мила нарядная стоит посреди гостиной в застывшей позе. На внучке очень красивое платье с фатиновой юбкой, в цвете серебристо-голубого амбре. Стилисты ей завили локоны и забрали их вверх, как у взрослой.
— Бабулечка! — восхищенно смотрит на меня внучка. — Ты как инопланетянка!
— Это еще почему? — смеюсь, подхожу к ней, поворачиваю, чтобы осмотреть со всех сторон.
— Вся блестящая и железная, — заявляет внучка. — Мама сказала мне не садиться, платье могу помять. Но, бабулечка, как я тогда поеду? В машине детям можно стоять?
— Можно, я вот тоже думаю, как мне ехать, чтобы не помять, и знаешь что, пусть я сегодня буду инопланетянкой, договорились? Все-таки у меня день рождения.
— Хорошо, а тебе сколько годиков исполняется? — прижимается ко мне Мила, трогая блестящую серебристую ткань пальчиком.
— Ох, много, — жалуюсь я. — Пятьдесят лет, но ты знаешь, я чувствую себя примерно на тридцать пять лет с небольшим хвостиком.
— Хвостиком, — смеется внучка, и мы поворачиваемся в сторону лестницы, где спускается Света.
— Вот кто у нас сегодня красивый, — охаю я, рассматривая дочь.
На ней алое длинное платье на тонких бретелях, волосы уложены на манер короны, на шее колье с рубинами. Глаза выделяются на лице, подчеркивая своими черными тенями алые губы.
— Супер, мамочка! — взвизгивает Мила и бежит к матери.
— Мила, юбка! — пугается Света, и внучка притормаживает, берет двумя пальчиками фатин и идет степенно, задрав кверху нос.
— И где только научилась этому, — ворчу я с улыбкой на лице.
Далее спускаются наши мужчины в смокингах, белоснежных рубашках и бабочках. Красивые, статные, широкие в плечах. Любоваться можно.