– Ах, я поняла, – смеётся сестрёнка и трёт свой курносый носик. Я в детстве ему всегда завидовала, свой не любила. Но только в детстве. Она в маму пошла, а я в папу. Спасибо, папуль, за такой классный и красивый нос! – Тогда возьму комнату подальше. Из неё никаких стонов слышно не будет. Мне же твой муж секс запретил.
Я неловко смеюсь, прячу взгляд. Правильно сделал!
– Вот здесь, – она кивает на дверь в конце коридора.
– Окей, приберусь, всё организую. Сразу после того, как проверю задания своих лоботрясов…
Мы дружно хихикаем, вспоминая, какими студентами были когда-то. Она – всё такая же оторва, искра в глазах, слова — как фейерверк. А я… я была поспокойнее. И, кажется, такой и осталась.
Под тёплыми воспоминаниями ещё немного шушукаемся, перешёптываемся, как девчонки с соседней парты, а потом расходится каждая по своим делам. Я проверяю стопку листов с заданиями, готовлюсь к лекции, а в свободные минуты захожу в пустую комнату и навожу там порядок: протираю пыль, меняю постельное бельё, и разбираю шкаф, набитый давно забытой одеждой.
На следующий день Август отвозит меня на работу, а сам едет за Леной.
Всю пару маюсь: мысли скачут, пальцы сами тянутся к телефону. Пишу ему, стираю, снова пишу.
Волнуюсь. Сама не понимаю чего.
Муж у меня самостоятельный, сам всё решит. А мне как будто надо держать их под контролем!
Завтра мы тоже поедем в клинику, но уже вдвоём, без сопровождающих. Нужно сдать анализы, пройти обследование перед извлечением яйцеклетки. Слова звучат страшно, но я не боюсь. Это уже во второй раз. Только раньше подсадка была мне, а теперь — моей сестре.
И если у меня ничего не вышло, очень надеюсь, что получится хотя бы у неё…
«Поехали за вещами Лены, потом домой. Не успею к окончанию пары. Подождёшь меня в кафе?» – приходит сообщение после долгой тишины. Значит, у врача она уже была, всё расписали, выдали анализы и направления.
Интересно, какие? Что там по датам, по уколам? Ладно, приеду домой — узнаю.
«Я доберусь сама, не переживай. Люблю :*» – отправляю и невольно улыбаюсь экрану, как школьница.
– Арина Михайловна, – тянется голос из аудитории. – А чего это вы одна улыбаетесь? Скажите всей аудитории, мы вместе поулыбаемся.
– Шутник, Попов, – поднимаю взгляд от телефона и прячу улыбку в строгом тоне. Решил встать на место учителя. Не дорос ещё! – Сдавай работу, раз всё сделал и у тебя появилось время.
– Не-не, я ещё не готов, – бурчит он и утыкается в тетрадку, старательно рисуя каракули вместо букв.
После двух пар забегаю в магазин: хлеб, молоко, йогурты — и на кассу галопом. Решено: в следующий раз поеду на машине! Благо она есть, просто запылилась в гараже, потому что последние два месяца муж меня возит и забирает, как принцессу с башни.
Домой добираюсь на такси. Переступаю порог и удивлённо округляю глаза, слыша смех. Звонкий, заливистый. Прислушиваюсь: Август смеётся. И Лена тоже.
Да чтобы мой муж так смеялся с кем-то ещё, кроме меня?..
Я даже пальто не снимаю — лечу по коридору, сердце стучит, как мячик по полу. Влетаю в гостиную и замираю в дверном проёме.
Эй… что тут вообще происходит?
Глава 10.. Арина
— Не могу-у-у! — Август шмыгает носом и будто смахивает невидимую слезинку, устроившись на диване. В руках у него наш старый семейный альбом. — Она тут такая мелкая! И почему она мне это не показывала?
Лена сидит рядом, сияет и тычет пальцем в фотографию:
— А вот тут глянь! Беззубая. Ей тут лет семь, кажется.
— Вы чего тут устроили? — влетаю в комнату, упираю руки в бока, моментально остужая себя.
Я боялась. Боялась увидеть то, что развалит нас на кусочки.
С чего вообще эти мысли? Не знаю. Август никогда повода не давал. Я же в нём уверена... Тогда почему в груди закололо? Приревновала к их смеху?
Дура! Начиталась форумов, где все мужики — изменщики поголовно.
И забываю, что наша суррогатная мама — моя сестра. Лена. Она никогда не полезет к чужому мужику, ещё и к мужу собственной сестры.
Как я вообще могла такое подумать? Дурья башка!
— Лена привезла альбом, — улыбается Август, даже отдышаться не может от смеха. — Здесь есть фотки, которых я не видел. Все — огонь.
Подлетаю к нему, пытаюсь забрать его.
— Потому что он так и называется! «Позорные фотки»! И кое-кто обещал мне их не доставать!
У всех такие есть! У нас — отдельный альбом, для тёплых вечеров и тихих «помнишь?». Но я правда не хотела, чтобы муж видел меня... такой. Я там гадкий утёнок.
Тянусь ещё раз — а Август, играючи, вскакивает и поднимает альбом повыше, прячет от меня за спиной: