- Катя! Катенька! Спасибо тебе, родная моя, - торопливо зашептала в трубку Люся. – Я верну, честно! Прилечу домой, заработаю и куплю тебе другую, не хуже. Или деньги верну.
- Люся, ты сама вернись, - улыбнулась Катя.
Теперь всё зависит от Люси. Непросто будет ей продать картину за достойные деньги в незнакомом и чужом городе.
Глава 25
Всё-таки это была какая-то заколдованная акварель: стоило Кате предложить Люсе её продать, как опять позвонил Андрей и потребовал вернуть картину.
- Отстань от меня, пожалуйста, - попросила Катя. – Я всё объяснила – у меня её нет. Хочешь судись, хочешь приди и обыщи мои вещи.
- Приду и обыщу! – с угрозой предупредил Андрей.
Как она с ним пять лет прожила? Совершенно непонятно. Наверное, тогда она была совсем другой Катей, которой нравился этот скучный и жадный мужчина.
О том, что Павел улетел в Непал, она узнала случайно – на обеде коллеги обсуждали его поездку и удивлялись, что Павел не выставляет в соцсетях фотографии и видео. Оказывается, раньше всегда выставлял, а теперь почему-то не стал, и вообще закрыл свою страницу.
Катя попыталась узнать, как надолго уехал Павел, но коллеги только развели руками – кто его, начальство, знает.
Дни потянулись медленно и печально. Катя сдавала анализы, следила за питанием, ходила на приём к специалистам и с тоской наблюдала за другими беременными. Кто-то приходил с мужем и, ожидая своей очереди, увлечённо обсуждал, какую коляску лучше купить и в каком роддоме рожать. Встречались молодые женщины, которые приходили на приём с мамами и, конечно, тоже горячо обсуждали насущные, такие приятные, проблемы. Только Кате не с кем было поговорить о своих будущих детях, выбрать для них конверты на выписку и малюсенькие шапочки.
Она всё-таки попробовала позвонить и рассказать о своём положении маме, но с первых слов поняла, что погорячилась.
- Катя? Ты? – удивилась мама так, будто её дочь пропала без вести сто лет назад и никто её не искал. – Что ты хотела? Говори, я тебя слушаю.
- Мам, мы с тобой почти месяц не разговаривали. Разве я не могу позвонить просто так?
- Можешь, но крайне редко это делаешь. Я тебя не осуждаю – у тебя своя другая и интересная жизнь.
- Нет, неинтересная, - вздохнула Катя.
Кажется, мама что-то заподозрила. В телефоне зависла тяжёлая угрюмая пауза.
- Надеюсь, ты понимаешь, что я не готова тебя развлекать или решать твои проблемы? – осторожно спросила мама. – С тех пор, как ты рассталась с Андреем, я тебя не узнаю, дочь. Где твоя самостоятельность? То работу ищешь, то жилье, как будто ты не дипломированный специалист, а вчерашняя школьница.
- Это не я с ним, это он со мной расстался, мама. По уважительной причине – другую нашёл, - сказала Катя.
- Лучше надо было смотреть за мужчиной, - запоздало посоветовала мать.
О чём они говорят? Зачем вообще Катя позвонила? Она же хорошо знает свою маму и понимает, что Катя ей давно неинтересна. Сейчас будет рассказывать про успехи брата, про то, какие козни строят конкуренты в спортклубе и как выкладывается папа на тренерской работе.
- Ты внуков хочешь? – спросила Катя.
- Не запугивай мать, - сухо ответила мама. – Я ещё слишком молода, чтобы об этом думать. А ты, на минуточку, ещё не замужем и без собственного жилья. Ещё вопросы есть? Я спешу.
- Никаких.
Прошла неделя, вторая, третья, а Павел всё не возвращался. Долго он там кататься будет? Скоро дети в животе вырастут, а мама с папой до сих пор не помирились!
Одно радовало – Олег Широков не надоедал ей своим вниманием. Несколько раз он приходил, спрашивал, не поняла ли она, что ведёт себя глупо и уходил, не настаивая на дальнейшем разговоре.
Нервозную обстановку в офисе Катя заметила, как только вошла. В чём, интересно, дело? Или просто понедельник – день тяжёлый? В воздухе словно витали электрические разряды и было совершено непонятно, почему сотрудники, с утра всегда шумные и говорливые, сегодня тихо здоровались и уходили, пряча глаза.
Вообще-то Катя и раньше никому не навязывала своё общество, но то с одним перекинешься парой фраз, то с другим. Сегодня всё было не так. Не звенел радостно и призывно, выдавая бесконечные порции кофе, кофейный автомат в конце коридора. Не шумел чайник в кабинете старшей по отделу. Не сбивались в кучки курильщики, чтобы вместе, компанией, спуститься вниз и выйти на улицу, в специально отведённое место.
В распахнутую дверь старшая по отделу увидела Катю, приветливо, но как-то нерадостно улыбнулась и сделала жест, приглашая зайти к ней.
- Ты только не думай о плохом, Катя, - посоветовала она. – Ещё же ничего не известно, да?
- Что – не известно?
- Про Павла Владимировича.
Катя почувствовала, как по спине, вдоль позвоночника, прошла холодная волна. Стало трудно дышать и в груди, где-то под рёбрами, протяжно заныло.
- Что с ним?
- Ты не знала? – ахнула старшая и прикрыла себе ладонью рот. – Катя, прости!
Она развернула своё кресло – единственное в кабинете, попыталась усадить в него Катю.
- Присядь, пожалуйста, не надо стоять. Я сейчас воды принесу…
- Да говорите же! – воскликнула Катя, чувствуя, что ещё минута задержки и она не сядет, а рухнет в кресло.
- Павел Владимирович пропал в горах… В Непале. Тебе не сказали?
Кто мог ей сказать? Ни с кем из коллег у Кати нет дружеских отношений, хотя вполне приятельские есть и её номер телефона тоже есть у многих. Не для того, чтобы общаться, а для того, чтобы при необходимости обсудить срочные рабочие моменты, какие-то нестыковки и ошибки, которые бывают на любом предприятии.
- Когда? - хрипло спросила Катя.
Что-то вдруг случилось с горлом, как будто оно воспалилось и стало сухим и жёстким.
- Говорят, в пятницу вечером. Катя, пожалуйста, сядь. Я принесу воды. Уверена, что хочешь остаться в офисе? Если плохо себя чувствуешь, лучше иди домой.
- Как это произошло? Его ищут? Олег полетел за братом?
- Я не знаю, - растерялась старшая. – Ищут, разумеется, но подробности мне неизвестны. Катя, ты такая бледная, что я боюсь тебя из офиса выпускать. Давай ты сейчас немного здесь посиди, а потом, когда придёшь в себя, я вызову такси.
- Мне надо в головной офис. Срочно, - решила Катя.
И пусть Олег только попробует её не принять.
Наверное, он её ждал. Стоило Кате на проходной назвать себя, как охранник, молодой крепкий парень, ринулся кому-то звонить.
- Вам в пятьсот двадцатый, я провожу, - сказал он.
Парень довёл её до кабинета, услужливо распахнул дверь.
- Здравствуйте! – навстречу Кате встал из-за стола пожилой мужчина. – Я заместитель Олега Владимировича. Он в Непале, поэтому поручил мне поставить вас в известность…
- И когда вы собирались это сделать? – перебила его Катя. – Ещё через неделю? Пашу нашли?
- Проводится спасательная операция, - мутно начал объяснять заместитель. -Сами понимаете, она требует времени и определённых усилий. Делается всё возможное…
- Вы интервью даёте? Вы можете мне нормально объяснить, нашли его или нет? Как он мог вообще пропасть? В опасных местах трассы огораживаются специальными заслонами. Есть служба спасения, которая наблюдает за спуском и подъёмом. Есть окружающие, в конце концов, другие лыжники и сноубордисты. Как там может пропасть человек?
Уж о чём, о чём, а о горнолыжных курортах Катя, дочь спортсменов, знала всё.
- Боюсь, вы не владеете информацией, - вздохнул заместитель. – Спуск с горы в Непале – это несколько другое…
И Катя узнала то, о чём должна была узнать намного раньше, тогда, когда Павел только заговорил с ней о своей будущей поездке.
В Непале не было горнолыжных курортов. Не было оборудованных трасс, подъёмников и всего, что составляет горнолыжную индустрию. Желающих покорить вершину на вертолёте поднимают на определённую высоту – достаточно большую, в зависимости от акклиматизации членов команды. Это место становится точкой отсчёта, с которой начинается спуск. По никем никогда не хоженому, заснеженному, волшебно-красивому и дико-опасному горному склону. Экстремалов привлекает выброс адреналина, сверкающие бриллиантовой россыпью вершины, бескрайняя лазурь неба и девственная белизна гор.