- Ольга, что вы делали у двери? – наконец-то она попалась, но мне не хочется сейчас тратить силы и энергию на совершенно не интересующего меня человека. Я и так знаю, чем она у нас занимается.
- Я просто подошла спросить, не надо ли вам ещё кофе или чего-то ещё, - она не перепугана, нет, в ней столько уверенности и наглости, как будто ей уже это сошло с рук. Ну, не с пустого же места она себя так ведёт, - Антон, спасибо за осторожность и внимательность, я поговорю со своей прислугой позже, - Идите к себе, - обращаюсь я к Ольге, - и ждите, когда вас позовут.
Ольга молчит, но красные пятна, проступившие на лице, выдают её беспокойство.
Антон плотно закрывает дверь и опять садится в кресло.
- Я давно собираюсь её сменить, но, если честно, мне особо нечего скрывать, а работник она неплохой. Сейчас я вынуждена буду это сделать, просто из принципа, - меня вся эта история начинает раздражать и я смотрю на часы. Надо ещё успеть к Диме по московским пробкам, а вы как будто чувствовали, что кто-то будет нас подслушивать.
- Привычка. Бывает, что информация требует максимальной осторожности.
- И что же это за информация, наконец?
- Хотим вам предложить развод с Германом на выгодных для вас условиях.
- Насколько выгодных?
- Нам нужна компания Германа. Дело в том, что он ведёт очень изолированный бизнес и очень отдаляется от семьи. Его последние приобретения в Юго-Восточной Азии записаны на ваше имя, вы это знаете?
Ничего про Юго-Восточную Азию я не знаю. Вспоминаю только, что где-то через год после свадьбы я подписывала генеральную доверенность на имя Германа, где он получил право подписывать всё от моего имени. Я не взяла его фамилию опять же по его просьбе, а осталась с девичей.
- Подождите, давайте сделаем наш разговор максимально прозрачным, кому это вам? Вы вообще кто? Какое отношение вы имеете к нашей с Германом семье?
С, конечно, не собираюсь пока открывать все карты, которые к тому же ещё, не совсем проверены, но послушать, что он скажет по этому поводу, не помешает.
- Я разговариваю от имени его родителей. Это всё, что я могу на данный момент сказать. Вы получите десять миллионов долларов и дом в Подмосковье, не хуже этого, - он делает знак глазами, обводя гостиную, - а полученные после развода активы предаёте нам. Не думаю, что вы справитесь с управлением таких сложных структур, о которых идёт речь. Сама вы с Германом без нашей поддержки не сможете развестись.
У меня пересыхает рот. Я не готова к такому развороту. То есть у меня действительно был период, когда я мечтала о том, чтобы уйти, но понимала, что самостоятельно с разводом не справлюсь, если, конечно, соглашусь уйти босиком с чемоданом платьев в лучшем случае. Вот уж поистине, бойтесь своих желаний.
- Почему сейчас? – единственное, что мне приходит в голову.
- Вы действительно хотите заморачиваться с ребёнком? Нам показалось, что вы не очень на это настроены, - он опять наглеет и меняет тон.
- Простите, Антон, но это сугубо личное дело, и тут мне никто не указ.
- Надежда, это не совсем так. И вы это знаете.
- Простите ещё раз, но меня не устраивает ваше посредничество. Вас послушать, родители Германа идут против своего сына. Я не вижу оснований. То есть мне недостаточно вашего авторитета, чтобы я приняла всё за чистую монету. Можете, кстати, это передать… - замолкаю, потому что с языка чуть не сорвалось «вашим родителям».
- Смотрите сюда, - Антон берёт свой телефон и включает видео.
Я отчётливо вижу, как Герман, совершенно голый, в кровати занимается сексом с…