Чему они радуются? Почему так хотят этого ребенка?
Я не понимаю. И не хочу понимать.
Укладываю доченьку в люльку. Сумку перекидываю через плечо.
- Пропустите, - шиплю.
Отвратительно ощущать свою беспомощность. А ничего не могу сделать, чтобы стереть гадкие улыбки с их лиц.
Хотя… кое-что могу!
Но для этого мне надо как можно быстрее сбежать из этой клоаки предательства и разврата.
- Куда ты собралась в таком состоянии, беременная и еще с Юлей на руках? – когда муж на меня смотрит, взгляд его меняется, так смотрят на занозу, которую никак вынуть не могут.
- Ей надо успокоится. Пусть идет, - снисходительно машет рукой мать. – Если ее в квартире запереть, начнет истерить, еще выкидыш случится. У нее же здоровье хиленькое, - от такой заботы хочется заехать ей по холеной роже.
- К врачу надо. Под наблюдение. Дашуль, ну перестань ты. Я ж по-хорошему хочу. Не заставляй действовать иначе, - в голосе мужа ощущается угроза.
Я знаю, как он отзывается о конкурентах, как с ними расправляется. Это дома он всегда был заботливым и внимательным. Я считала, что мне повезло.
- Пошел… - от всей души посылаю его.
- Чего? – нависает надо мной как коршун. – Ты выражения выбирай! Ты с мужем говоришь. Кем себя возомнила? Разбалованная соплячка! – сжимает руки в кулаки.
Понимаю, что только дочь у меня в руках сдерживает его.
- Чего тебе не хватало? Кто ты без меня? - продолжает обдавать меня огненным дыханием предательства. – Цени, мое отношение. Цени заботу. И не зарывайся. Не тебе со мной тягаться, девочка…
- Пошел… - по слогам повторяю куда ему следует отправиться, толкаю плечом и выхожу из комнаты.
- Ты еще пожалеешь о своей резкости, доча, - летит укоризненный голос матери мне в спину.
Отвечаю им хлопком двери.
Бегу к лифту. Выхожу на улицу. Вдыхаю свежий воздух. Не помогает. Не отпускает. В глазах все еще их довольные рожи, их сплетенные тела. И никак не избавиться от ужасающих картинок.
Иду к машине. Как я поведу в таком состоянии?
Но мне нужен автомобиль. Не могу остаться без средства к передвижению. Пристегиваю дочь. Проверяю, все ли с ней нормально, вглядываюсь в любимое личико. У Юленьки сон очень крепкий, она сладко посапывает.
- Как хорошо, что ты еще не понимаешь и не осознаешь всего кошмара, - шепчу, смахивая ядовитые слезы.
Сажусь за руль. Завожу машину. Пытаюсь сосредоточиться на дороге. Нельзя раскисать. Я не имею права. Ради детей. Но и одной мне не выплыть.
Папа! Он мне так нужен! Он должен все узнать!
Не хочу быть гонцом с такой новостью, но и молчать не выход.
- Папочка, я еду к тебе! Прости, за эту правду! – тихо стону в голос.
Мне стыдно, что я хочу разделить свою боль. Одна не могу нести, непомерно тяжело.
- Папочка, мы вдвоем справимся с предателями! – мысленно заручаюсь его поддержкой, и капельку легче становится.
Глава 4
Цепляюсь за руль, словно он может удержать меня от падения в пропасть. Еду медленно. Боюсь не справиться с управлением. Борюсь с надвигающейся лавиной слез.
Надо доехать.
Отец у меня добрый и хороший. Мы с братом всегда получали от него поддержку. Даже если были не правы.
Папа помог Ярику открыть свое дело. Я же еще во время последних курсов института стала стажироваться на фирме отца в бухгалтерии. Свою фирму папа начинал с нуля. Они вместе мамой работали днями и ночами напролет, чтобы у нас с братом все было. Мне нравится работа с цифрами, и я сознательно выбрала эту профессию. И даже будучи в декрете иногда работаю дистанционно. Мозг должен всегда быть в тонусе. Расслабляться нельзя.
Кто мог предположить, что мама предаст нашу семью? Все ценности, которые мы чтили с детства, все чем гордились.
Почему она так поступила?
Подъезжаю к воротам дома. Родители живут на окраине города. Не так давно купили этот дом. Большой и просторный. Вспоминаю, как мы всей семьей праздновали новоселье. Как было весело, душевно.
Марк не отходил от меня ни на шаг. Я тогда была беременна Юленькой. Угадывал любое мое желание. Мама суетилась рядом, постоянно о моем самочувствии спрашивала.
Въезжаю на территорию. Меня встречает тишина. Только охрана на своем посту. Ключи от дома у меня есть. Родители настояли, чтобы у нас с братом были свои копии.
Забираю дочку и на негнущихся ногах поднимаюсь по ступеням.
В голове прокручиваю, как я скажу папе. Это ужасно, когда ты вынуждена причинить боль близкому человеку. Для меня но не для мужа и мамы… они по этому поводу ни капли угрызений совести не испытали.