Он наклонился и легонько коснулся моих губ своими. У этого поцелуя не было продолжения. Он, вообще, был больше дружеским, но заставил меня испытать непонятное волнение, названия которому я не могла дать. И только сейчас, когда я села в самолёт и, закрыв глаза, перебирала одно за одним свои чувства, я поняла, что испытала, когда губы Пашки коснулись моих. Неловкость и смущение. Наверное, слишком долго и слишком давно мы были друзьями, поэтому представить Пашку в роли своего возлюбленного мне было сложно. Наверное, так всегда бывает, когда от одного вида отношений с человеком переходишь к другим. Наверное, нужно время, чтобы эта неловкость исчезла. Наверное, я идиотка, раз сомневаюсь, ведь такие, как Пашка на дороге не валяются. Наверное, я его не заслуживаю… Слишком много «наверное», о которых я не хотела думать. Как он там сказал? Пусть все развивается естественным путём! Что ж, пусть.
Глава 23
По прилете в Москву я сразу вернулась домой, позвонила папке, мы поболтали минут пять, а потом он побежал следить за ребятами — сегодня был последний день соревнований. Его школьная команда боролась за третье место в рейтинге.
Повесив трубку, я вспомнила, что Спартак просил позвонить ему. Я открыла адресную книгу и уже занесла палец над кнопкой вызова. Сердце участило бег. Господи! Лада, ты волнуешься, как школьница, которая впервые звонит понравившемуся мальчику.
На звонок я так и не решилась. Вместо этого, просто отправила сообщение: «Спартак Александрович, я в Москве. В среду с утра готова поехать за город, чтобы сделать все замеры». Он долго не отвечал, и я уже успела понервничать, обидеться и забить.
В квартире без Вики было пусто. Как я проведу целое лето вдали от дочки? Летать каждые выходные в Феодосию я не смогу, но, может, мне удастся взять небольшой отпуск на недельку в июле? Дмитрий Иванович же сказал, что мне не обязательно все время быть в офисе, а со Спартаком я уж как-нибудь договорюсь. В голову тут же бросились неприличные мысли! Договорится она! Ага! Чем расплачиваться будешь за особое положение?
Когда я принимала ванну, услышала звонок мобильника. Спартак перезвонил? Я нервно схватила телефон со столика около умывальника, чуть не уронив его в воду. Звонил Костик. Этому-то что надо?
— Алло, — бросила я в трубку.
— Привет, Лад.
— Ну, привет.
— Как дела?
— Лучше всех, — резко ответила я. В глубине души я понимала, что веду себя неправильно, своим тоном и поведением показывая, как мне до сих пор больно и неприятно. Нужно научиться скрывать эмоции.
— Как Вика? — спросил Костя. — Я хотел бы повидаться с дочкой.
— Неужели ты еще помнишь, что у тебя есть дочь? — саркастично заметила я.
— Лад, я понимаю, что в последнее время вел себя неправильно по отношению к Вике, — вздохнул он. — Но… Блин, у меня сын родился недоношенным, Снежана родила на седьмом месяце. Куча проблем была. Мы даже не знали, выживет ли он.
— Как сейчас дела у малыша? — смягчившись, спросила я.
— Теперь все хорошо, слава богу. Здоровенький, — ответил Костик.
— Рада за вас.
— Ну так могу я увидеть дочку?
— Нет, она с мамой в Феодосии и будет там все лето.
— Понятно…
— Раз уж мы заговорили о Вике, — начала я. — Как я понимаю, ты теперь мужчина с доходом, а значит, давай-ка решим вопрос с алиментами.
— Так и знал, что ты начнешь про деньги, — презрительно усмехнулся он, и мне стало противно.
— Значит, так, Костя. Никаких денег для себя я не прошу и, заметь, никогда не просила. По закону ты обязан платить алименты. Либо мы идем к нотариусу и заключаем алиментное соглашение, либо я иду в суд.
— Давай без бумажной волокиты, а? Я сам буду переводить деньги на счет Вики каждый месяц.
— Нет, я хочу, чтобы все было официально, — твердо сказала я.
— Н-да, не знал, что ты настолько меркантильная.
— Да, вот такая я меркантильная. Это ж ты женился на Снежане по большой и чистой, — сквозь зубы процедила я.
— Не тебе меня упрекать. Ты сама времени даром не теряла. Уже подцепила себе тугой кошелечек.
— Конечно, с тебя пример беру, — усмехнулась я. — Я найду нотариуса и позвоню тебе через пару дней по поводу соглашения.
Я повесила трубку. Козел! Еще будет меня попрекать! Костик превратился в человека, в котором, казалось, не осталось ничего хорошего. Он мне был противен до тошноты. И теперь я действительно радовалась, что мы с ним больше не вместе. Пусть Снежана тянет его на себе.