Спартак поцеловал меня в губы, мой язык тут же отдался на волю его требовательного языка. Целуясь, я не могла не сдерживать стоны.
Потом я надавила ему на грудь, заставляя отстраниться и лечь на спину. Я тут же оказалась сверху, задавая свой темп. Спартак прижал мои ноги к своим бокам, крепко ухватился за мои бедра, подстраиваясь под мои движения. Не сдерживаясь и взяв процесс в свои руки, я быстро задвигала бедрами, все ускоряя и ускоряя темп. Я стонала. Мои стону смешивались со стонами Спартака. Когда я дошла до наивысшей точки наслаждения, то, всхлипнув, упала ему на грудь. Спартак опустил меня животом на кровать и лег сверху. Мне казалось, что я уже достигла оргазма, и лучше, чем секундой назад быть не может, но быстрые движения Спартака, его твердая наполнившая меня плоть, заставили прийти новую волну наслаждения. Я чувствовала его член внутри себя всеми клеточками своего женского естества, его движения заставляли мышцы сжиматься и разжиматься, бедра приподнимались, лоно исходило влагой. Мир вокруг перестал существовать, и я погрузилась в пучину экстаза. Спартак сделал несколько последних движений и, упав на меня, прикусил кожу на лопатке, что-то простонав. У меня кружилась голова и звенело в ушах от только что испытанной эйфории. Я чувствовала, как внутри меня разлилось его горячее семя.
Мы долга лежали, не шевелясь. Огромное тело Спартака вдавило меня в кровать, но эта тяжесть была приятной. Наше дыхание постепенно успокаивалось, а когда сердцебиение пришло в норму, Спартак перекатился на спину.
Потом он ушел в душ, а я не могла сдвинуться с места, окутанная сладкой негой. Однако, когда Спартак вышел из ванной, я последовала его примеру. Освежившись, я завернулась в полотенце, чуть подсушила мокрые волосы и вернулась в спальню. На Спартаке были белые шорты и футболка.
— Откуда одежда? — удивилась я.
— Я же тебе говорил, что этот домик пока будет моим временем пристанищем, если я надумаю остаться здесь на ночь. Так что тут есть все что нужно.
— Кроме презервативов, — съехидничала я.
— Они тоже есть, в тумбочке, — кивнул он на кровать.
— Тогда почему ты сказал, что их нет? — ахнула я.
— Их не было там, — указал он глазами в сторону выхода. — Я же не рассчитывал, что ты набросишься на меня прямо под «Акустикой чувств». — Его глаза искрились смехом.
— Значит, это я на тебя набросилась? — прищурилась я.
— Именно. — Спартак притянул меня к себе и запустил руку в мои влажные волосы. — Ты, Лада, изголодалась по мужчине еще тогда, в клубе, а теперь, кажется, истомилась еще больше. — Он легонько коснулся моих губ своими. — И я льщу себя надеждой, что истосковалась ты именно по мне, а не по какому-то абстрактному телу.
Я подняла руку и дотронулась до его щеки.
— Если хочешь правду, то вот она: у меня никого не было с той нашей ночи. — Я почувствовала, что краснею.
— Я рад, что ты разборчивая женщина, — хрипло ответил Спартак и поцеловал меня долгим нежным поцелуем.
Когда он отпустил меня, я пробормотала:
— Мне нужна передышка, — хотя сама чувствовала, как возбуждение снова охватывает меня.
— Конечно, — улыбнулся он. — Давай поедим.
Я согласно кивнула.
— В шкафу есть пара футболок, можешь, накинуть что-нибудь, — предложил Спартак.
Он беззастенчиво наблюдал, как я скидываю полотенце и натягиваю на себя его футболку, которая на мне смотрелась словно безразмерное платье. Я не чувствовала смущения. Мне нравилось, что ему хочется смотреть на меня.
— Так почему и здесь мы не воспользовались презервативом? — подбоченившись, спросила я и посмотрела на него с вызовом. — Не боишься, что я тебя обманула и не принимаю противозачаточные? Вдруг я окажусь ушлой теткой, которая решила залететь от миллиардера Островского и заарканить его?
Спартак улыбнулся, но в его глазах не было смеха.
— А ты залети, Лада, и роди мне ребеночка.
Я опешила, не понимая, что значит его тон.
— Не получится, — развела я руками. — Я действительно на таблетках.
Он кивнул.
За окном послышались звуки хлынувшего ливня.
— Тебя никто не ждет дома? — спросил он.
— Нет. К чему этот вопрос? — Он что, думает, что у меня кто-то еще есть?
— Тогда предлагаю остаться на ночь, — растянулся в улыбке Спартак, — потому что я еще не насытился тобой, Лада. Согласна?
С ним я была, кажется, согласна на все…