У моей подруги были испанские корни. Её отец чистокровный обрусевший испанец, жил на две страны до тех пор пока Ксюша не лишилась матери. Тогда Андрей продал весь бизнес заграницей и полностью переехал в Россию, чтобы заняться воспитанием дочери.
Все мои подростковые чувства по отношению к отцу подруги быстро угасли, только я встретила Костю. Тогда я решила, что это были пережитки переходного возраста не более. Так я считала до сегодняшнего дня, пока наши взгляды не пересеклись вновь.
— Прости его, пожалуйста, — шепчет подруга, подбадривая меня.
Облизываю пересохшие губы. Тело дрожит. Желудок скручивает от нервов.
Оборачиваюсь. Цепляюсь взглядом за бутылку с водой, лежащую на переднем пассажирском сиденье.
— Можно мне попить? — скромно киваю в сторону своей находки.
— Пожалуйста, — Андрей даёт бутылку, касаясь кончиком пальцев моей руки.
Быстро беру у воду и начиная жадно пить, отворачивая голову к окну.
— Надюша, этот Костя ещё тысячу раз пожалеет, что изменил тебе. Вот увидишь, он ещё на коленях будет уговаривать тебя вернуться назад, — тараторит подруга. — Поживёт со своей этой… — она запнулась. — Подожди, а ты в итоге выяснила, кто любовница?
— Нет, — сухо отвечаю. — У меня в голове всё как в тумане, любая могла успеть перепехнуться с ним и незаметно вернуться к гостям.
— Подожди, так может и не было никакой любовницы? Если ты не видела измены как таковой?
— Ксюш, ну он же сам признался, что изменял мне. Сам сказал, что я толстая и его не устраиваю. Если бы не было никакой измены, зачем ему было бы себя так подставлять? — с нотками истерики отвечаю я.
— Ну все равно, может быть у вас ещё всё наладиться. Как-то странно всё это.
— Что ты несёшь, Ксюша? — снова влезает в разговор Андрей. — Её Костик та ещё скотина, раз на празднике посвящённом годовщине свадьбы довёл жену до слёз.
— Папа, давай мы сами решим. Не лезь.
— Но твой папа прав, — пожимаю плечами. — Моему мужу нет никакого оправдания, и моего прощения он не заслужит никогда и ни за что. Ты бы слышала, на каких условиях он согласился дать мне развод.
— Каких?
Я сухо пересказываю весь наш с Костей разговор за закрытыми дверями. В груди всё неприятно зудит. Хочется рвать и метать. Сложно оголять душу и перед подругой и перед её отцом, который судя по взгляду внимательно слушал и впитывал каждое сказанное мной слово.
— Сволочь, — рычит Андрей и шумно выдыхает. — Надо было сразу мне всё сказать, я бы не один приехал, а со своими ребятами. Начистили бы ему морду будь здоров. Долго бы ещё лежал в больничке после этого и думал над своим поведением.
— Пап, перестань.
Разговор тут же затихает. Я понимаю, что слова Андрея попадают в самую точку. Я с ним абсолютно согласна. Руки чешутся самостоятельно разукрасить мордашку мужа, но боюсь, наши с ним силы в этом бою будут не равноценны.
Наблюдаю, как мелькают деревья в окне. Прислоняюсь лицом к прохладному стеклу. Прикрываю глаза.
Неспокойно. На душе кошки острыми коготками счищают последние остатки счастливой жизни, всё больше и больше погружая меня в бездну неизвестности.
В кармане шорт завибрировал телефон. Нехотя достаю его и с подозрением смотрю на входящее сообщение со скрытого номера:
«Приходи завтра к пяти вечера в офис к Кости, если хочешь узнать, на кого он тебя променял».
Глава 10 (Костя)
Кровать гостиничного номера сотрясается от слияния наших разгорячённых тел. Моё тело накрывает огненной волной страсти.
Эта девочка знает, как свести меня с ума, её движения плавные и чувственные. Я блаженствую наблюдая за тем, как она ласкает своё тело, эротично прикусывая пухлые, алые губы.