— Какого хрена ты творишь? — начал он, как только мы зашли в домик.
Костя весь потемнел, словно грозовая туча. По лицу ходили желваки. Венка на шее надулась так, что казалось сейчас лопнет.
— Это я тебя хочу спросить, — цежу сквозь зубы, параллельно выискивая влажные салфетки.
— Я же просил тебя молчать и вести себя подобающе, — рычит, со злостью расстёгивая пуговицы на рубашке.
— Притворяться? — ехидно смеюсь. — Делать вид, что у нас всё отлично, когда ты спишь с другой?
Схватив с полки бумажное полотенце, я протёрла рот.
Если он думает, что после всего, что я узнала о нём, я сохраню семью, то он очень сильно ошибается. С меня хватит! Я не буду терпеть ложь, предательство и грязь, которая происходит за моей спиной.
Плевать, даже если он оставит меня с голой жопой. Её одеть можно в последствии. А вот потерянную гордость я себе вернуть уже не смогу.
— Я не буду больше спать с другой женщиной, Надя, — произносит муж, наконец справившись с пуговицами на рубашке. — Это была ошибка, признаюсь, дурак.
— Ошибка это наш с тобой брак, Вавилов, — срываюсь.
Ярость волной прокатывается по всему телу. Дышу часто и глубоко. В голове только и крутиться: врежь ему, да посильнее.
— Надя! — рявкает. — Я не дам тебе развод. Это очередная твоя глупая прихоть.
— Прихоть? — ставлю руки в боки и нервно хватаю ртом воздух. — То есть развестись с неверным мужем, который изменяет на право, и на лево, это прихоть?
Молчит. Смотрит на меня изучающим взглядом. Прикусывает губу.
— Ты и вся твоя семья мне обязаны! — выхватывает у меня из рук упаковку салфеток. — Твой отец сидел в кредитах, ты с матерью хлебом и водой питались. Если бы не я, ваш папаша вас бы по миру пустил и неизвестно, где и в каких условиях ты сейчас жила.
— Это ложь, — дерзко отвечаю. — У нас были проблемы, но отец с Сергеем могли и сами справиться.
Муж истерично смеётся, оттирая или наоборот ещё больше втирая пятно на рубашке.
— Твоего отца могли уволить с завода по статье за воровство и мошенничество, но я как хороший зять, любящий его дочь уладил этот вопрос и закрыл глаза, на то, что сотрудник завода моего деда та ещё крыса.
Я вздохнула, прокручивая в голове события тех лет. Мой отец работал на мясном заводе, владельцем которого по сей день является дедушка Кости. Костя же на данный момент выполняет обязанности исполнительного директора.
Тогда, два года назад, они часто закрывались с моим отцом на кухне, беседовали, куда-то вместе ездили. Это было напряжённое время. Никто из них толком ничего не рассказывал, а я просто была рада, что мой жених и папа так сдружились.
— Любящий его дочь, — недовольно хмыкаю. — А сейчас ты по любви изменяешь?
— Говорю же, это было последний раз.
— Ага, — недовольно кручу головой. — Просто у тебя всё, Вавилов. А у меня душа в клочья разрывается из-за твоего поступка.
— Ты отстранилась от меня, Надя, — рычит. — Мне поддержка твоя нужна была всё это время. А ты за собой перестала следить, потолстела, ребёнка родить не можешь, вечно недовольная. А мужчине дома нужна забота и ласка, понимаешь?
— Я думала, что ты занят, что ты работаешь, поэтому не напрягала, тебя своей заботой. А про пополнела ты, мог бы и промолчать, — недовольно всхлипываю, цепляясь взглядом за своё отражение в маленьком зеркале на стене.
— Надо было изменить тебе ещё раньше.
Глава 7
— Повтори?! — его слова больно ранят сердце.
Как мой любимый, заботливый и любящий муж мог превратиться в такое чудовище? Когда это произошло? Был ли какой-то катализатор, толчок тому, что Костя меня разлюбил? Или же он в принципе никогда меня не любил?
— Надя, прошу тебя, не драматизируй, — подходит ближе. — Сейчас всё, что от тебя требуется это просто отпустить эту ситуацию. Натянуть улыбку и выйти к гостям, объяснив своё нервное поведение перепадами настроения.
— А если, я не сделаю так, то что? — грубо бросаю, сделав два шага назад.