— Вика спит. Я могу только недолго, полчасика? Буду переживать, что она одна…
— Прогуляемся по набережной, немного посидим в кафе.
Полчасика вряд ли, ориентируюсь, чтобы через час вернуться. Мало времени… Но для первого свидания пойдет.
Она проходит мимо, спускается по ступеням, а я сзади смотрю на ее фигурку, и мне нравятся все изгибы. Аня в легком зеленом платье по колено, поясок перехватывает талию. Плечи открыты, и малюсенькие рукава держатся на резинке, вместе с горловиной платья.
Ох, как заманчиво будет оттянуть эту резиночку. Вздыхаю и иду за девушкой. Приближаюсь, открываю ей калитку.
В первый раз за все время жизни здесь с мамой я иду на свидание с девушкой из нашего дома. Хм, даже немного странно!
— Как ты, освоилась?
Мама говорит, что Аня очень ответственная, и пока ей все нравится. Три дня как работает, две недели как на юге. Почему такая интересная девочка, пусть и с дочкой, приехала одна и собирается жить тут до осени, сама зарабатывая на жизнь? В голове не укладывается.
— Привыкаю. Спасибо Ольге Петровне! Я очень признательна, что она присматривает за Викулей, пока я занята уборкой.
Аня поправляет волосы мягким движением, плавным и естественным. И чуть смущается, поймав мой взгляд, смотрит на дорожку. Ловлю эту эмоцию, проглатываю и иду следом.
— У меня неделя почти свободна. Хочешь, выберем день и съездим на белый пляж?
— Белый?
— Да, там необычный песок: издалека выглядит как белая полоса. До него добираться больше часа морем, дальний мыс, и отдыхающих там обычно мало. Берег высокий и пройти по нему сложно, а по воде мало кто приплывает. — Поясняю уникальность этого места.
— Глубоко там?
— На самом мысу, где высокая скала, глубоко, спокойно нырять с камня можно. А подальше от него уже нормально. Кто с детишками едет, сразу там устраиваются. Там есть место, практически один песок, без гальки.
— А я как раз люблю песчаные пляжи, когда ребенком была, мы с мамой часто с Турцию летали летом, там песок был и мелководье.
— Турция? Понятно, зарядка по утрам в бассейне, музыка и аниматоры? — Вспоминаю свой единственный опыт из детства поездки в Анталью.
— Ага.
Улыбается. Мне приятна такая легкая искренняя улыбка.
— Ну, давай я побуду твоим личным аниматором? Я согласен! Чем тебя развлечь?
Смущается! Черт, как она так делает, что у меня сжимается что—то в груди от этих ее легких быстрых эмоций? Ну… и ниже тоже все радуется.
— Мороженое, десерт или шампанское?
— Что?
— Значит, все вместе! — делаю я вывод за нее и открываю дверь кафе, которое с начала весны было закрыто на ремонт и наконец открылось неделю назад, сверкая чистыми витринами и яркой вывеской «Курортное». — Заходи!
Но моя нимфа вдруг замирает и смотрит совсем не на меня. И не на дверь кафе. А на какого-то мужика. Высокий, спортивного вида брюнет в брюках и легком пиджаке идет нам навстречу с другой стороны прогулочной зоны.
Они с нимфой точно знакомы, потому что она становится очень напряженной, сжимает маленькие кулачки и почти не дышит.
Оцениваю его. Тянет на прилично упакованного дядьку. Чуть старше меня, аккуратно подстриженная короткая бородка — только что из барбершопа, крутые солнечные очки, дорогие часы. Интересно…
Я тоже напрягаюсь. Неужели обманулся в нимфе?
Взгляд приближающегося мужика словно кричит: «Ты меня кинула, но я тебя нашел!»
Стоим. Он подходит вплотную и, не замечая меня, хватает нимфу за руку.
— Идем! — следует жесткий приказ.
Это что еще за дела?
Нет, статистом я быть не могу! Девушка со мной. Хочется понять, что происходит.
— Э, стой! Отпусти девушку! Ты кто, мужик? — Я хватаю его за руку, заставляя отпустить Аню.
Он замечает меня только сейчас и с легким изумлением смотрит на непонятно откуда появившееся препятствие. Не привык, чтобы ему кто-то физически противостоял. Видно, обычно понтами берет…
Он медленно поднимает руку, и я его отпускаю. Отодвигая нимфу за спину, встаю перед ним.