Макс решает присоединиться к ней, садится на камни и предлагает Вике построить такую же пирамидку, даже выше. И она приносит ему камни, а затем они рассуждают, какие именно нужно брать, чтобы их замысел удался.
— Смотри, совсем круглый! — она тащит камешек, по форме и в самом деле напоминающий шар.
— Это волны его таким сделали, трудились много лет. — Макс кивает на постройку: — Но нам он не подходит.
— А почему бывают волны? — шлепается мой ребенок на попу рядом с Максимом и жадно ждет ответа.
И Макс спокойно рассказывает про ветра и подземные извержения вулканов, про притяжение Луны, приплетая к сюда же царя морей Нептуна — мол, когда он сердится, он тоже создает волны.
Смотрю на них: чужой человек так мило общается с ребенком! Отвечает на вопросы, рассказывает… Викуля слушает, открыв рот. А у родного папы вечно не было времени. Не то что в парк сводить — просто полчаса почитать книжку или посмотреть мультики. В груди щемит. Думаю, Макс будет хорошим отцом для своих детей.
Мои мысли снова и снова возвращаются к мужу. Артем не проявил себя за день, и это напрягает. Неужели улетел? Так же молча, как прилетел? Хорошо бы! Но беспокойство скребется и тревожит. Мой телефон молчит, и если для дочери прогулка проходит чудесно, то мне под конец становится тревожно. Хочу быстрее очутиться за воротами дома, в котором мне станет спокойнее. Мы возвращаемся.
С облегчением выдыхаю, когда вижу знакомый зеленый цвет ворот, прибавляю шаг.
— Аня!
Вот! Я же знала, что день без него не закончится! Поэтому меня так и накрыло с утра…
Новиков выходит из такси с большим букетом роз и ярким пакетом в руках. Он уверенно идет навстречу нам.
Дочка хватается за мою руку, прижимается к ноге.
— Аня, Вика, добрый вечер! — Артем уже перед нами.
Глава 9
АННА
Не узнаю мужа: он с подарками в руках и приклеенной улыбкой на лице. Зло смотрит на Макса. Угроза, что висела надо мной весь день, наконец-то реализовалась.
Необъяснимо, но мне именно сейчас становится легче.
Артем Новиков так неуместен рядом с этими воротами! Здесь не светский раут, не вечеринка в честь старта крутого проекта. Хочется взять ластик и стереть его с этой летней картинки.
Макс стоит рядом и уходить не собирается. Руки скрещены на груди. Прищурившись, наблюдает. Вика перехватывает руками мою ногу, вжимаясь в нее.
— Нам нужно поговорить, — объявляет муж.
— О чем? — Я и правда не знаю, что нам стоит обсудить.
Не отвечая на вопрос, Артем присаживается на корточки.
— Вика, здравствуй! Как ты? Я тебе игрушку купил. — Новиков достает из яркого пакета большого белого мишку с красным бантом и протягивает дочери. — Держи, это тебе!
Ребенок осторожно тянет руку и, словно здороваясь, трясет медведю лапу.
— Мама, можно? — смотрит она на меня снизу вверх.
Я не могу вспомнить, когда Артем покупал дочери игрушки. Свекровь — да, на дни рождения и праздники всегда приходила с подарком, он — никогда. Да и я давно от мужа букетов не видела. Мне вообще казалось, особенно в последний год, что мы с дочерью стали для него просто мебелью, частью квартиры. А тут…
— Можно.
Раз уж он сподобился на такой подвиг, пусть у ребенка останется игрушка на память.
Викуля осторожно подхватывает мишку и прижимает его к себе. Артем, отдав игрушку, тут же поднимается.
— Держи! — протягивает мне букет.
«Детям — мороженое, бабе — цветы!» — у меня всплывает фраза из любимой комедии моей мамы.
— Артем, я не возьму. Мы с тобой разводимся, и это не изменить.
Он что, правда ничего не понимает? Стараюсь говорить ровно и четко, хотя голос предательски дрожит.
— Погоди, Ань… — Новиков чуть прокашливается. — Давай отойдем. Или до кафе доедем и нормально поговорим.
— Никуда я с тобой не пойду!
Нет, меньше всего я хочу оказаться с ним наедине. Может быть, это малодушно, но я его побаиваюсь. Такого странного — еще больше, чем в тот вечер, когда мы разругались. Потому мои слова звучат категорично и резко.