Он снова зыркает на Макса, а я смотрю на него и не верю. Кто этот мужчина, где Новиков? Мой муж не может говорить такие вещи… Но он упорно продолжает:
— Я согласен, что тебе нужно отдохнуть, а Вике — пожить у моря. Я готов оплатить вам квартиру до конца сезона. Даже могу прилетать на выходные раз в месяц. А осенью ты поймешь, что все хорошо, и вернешься.
Новиков пытается снова натянуть слетевшую улыбку, но выходит не очень. А то, что у него получается изобразить, еще больше добавляет ощущения нереальности.
Смотрю на него и молчу. Я… Я не знаю, что отвечать.
— Аня, забери заявление. Давай сохраним нашу семью! Поживем на два города, остынем и еще раз все обсудим.
Смешно! Именно такой вариант жизни в разных городах, я предлагала ему весной. Это не так уж сильно ударило бы по его карману — оплачивать только жилье. Я нашла бы работу, чтобы покупать самое необходимое. Я даже была согласна приехать сюда на лето со свекровью, чтобы дать Викуле возможность укрепить иммунитет. Артем убеждал, что ему важно из командировок возвращаться домой, чтобы его ждали, а для дочери нужно просто найти других врачей. Но сейчас… Что с ним случилось?
— Слышишь? Забери заявление, и я оплачу вам квартиру — и живите здесь спокойно. Да? — Он давит, привычно добиваясь того, что для него важно, как делал это в последнее время. Давит интонацией. Тем, что наклонился в мою сторону. Требует согласиться на его условия. Смотрит пристально, не мигая.
Если бы он согласился на это весной, я была бы счастлива. А сейчас — нет. Между нами ничего не осталось! А еще рядом Макс, и мне просто стыдно соглашаться.
Какую игру затеял Новиков? Мне непонятно, и от этого еще сильнее хочется избавиться от него: не встречаться, не общаться, перевернуть страницу и жить с дочерью вдвоем. К чему эти жесты и слова? Я не понимаю. Точно знаю одно: я ему не верю!
Та последняя ссора словно стянула с моих глаз пелену, за которой я привычно жила, уйдя в заботы о ребенке, не замечая ничего вокруг. Отрезвляющая ситуация заставила увидеть мужчину, который до сих пор является моим мужем… Я хочу развязаться с этим человеком. Пусть будет сложно, но дальше я буду жить сама.
Замечаю, что Макс сжимает кулаки. Я молчу и поэтому выгляжу запуганной? Он снова готов меня защищать?
Нужно ответить мужу. Собираюсь и, как можно ровнее и четче выговаривая каждое слово, отстаиваю свою позицию:
— Нет, Артем, я с тобой точно развожусь. И договариваться не буду. Уезжай.
— Аня!
Муж рычит, как вчера у ресторана. Но заметив, что Викуля снова хватает меня за ногу и прижимается к ней, все же тормозит. Его желваки ходят, глаза метают молнии. Узнаю вчерашний настрой!
Но сегодня я лучше готова к разговору — оказывается, я весь день ждала, когда он объявится. А еще рядом Макс, и он словно дает мне дополнительную силу и устойчивость.
— Нет значит нет, Артем.
Сердце бешено колотится, но я уверена в том, что говорю, и смотрю мужу, который скоро станет бывшим, прямо в глаза.
Новиков дергается в мою сторону, но, зыркнув на Макса, так и не решается тронуть — только наклоняется и шипит в лицо.
— Аня, у тебя нет нормальной работы. Ты уверена, что суд оставит дочь тебе, а не мне? — Выплевывает слова.
Боже, зачем ему Вика? Что за шантаж? Чтобы что? Ничего не понимаю…
— Все, мужик. Ты все сказал. Аня услышала. Достаточно.
Как хорошо, что рядом Макс! Его слова останавливают происходящее.
Он резко открывает калитку, кивает мне и ждет, пока я поднимаю свою малышку на руки. Подаренный мишка падает на землю, но Викуля молчит, не просит его поднять. Лишь крепко цепляется за мою шею и прячет лицо.
Прижимаю ее к себе и захожу во двор, спиной чувствуя тысячу проклятий, что посылает мне Новиков, оставляя его с сильно запоздалыми знаками внимания на улице. Это удача, что никто из проживающих за это время не выходил! Я бы не хотела, чтобы эту сцену обсуждали.
Прохожу на территорию гостевого дома. Калитка за мной закрывается, и я оборачиваюсь. Хмурый взгляд, сведенные брови — Максим серьезен.
— Точно не передумаешь?
— Нет!