— А ты что так развозмущалась, снежинка? Не в твоём положении условия ставить. Врёшь в лицо и ещё чего-то требуешь.
— Понятия не имею, какой метелью вам мозг застудило, но мне до ваших обвинений никакого дела нет и быть не должно! И потрудитесь обращаться ко мне с уважением. Ведёте себя как мужлан!
— Так ты большего не заслужила, Мата Хари местного разлива. С тебя бы взыскать за откровенную ложь.
Я таращилась в прищуренные зелёные глаза:
— М-мата Хари?.. Это… это ещё что за инсинуации?!
Да что он такого мог увидеть в мом телефоне, господи? Не было там и быть не могло ничего криминального. Или, может, это я уже потихоньку съезжаю с ума и не в состоянии адекватно оценивать происходящее? Но вся ситуация напоминала какой-то адский балаган, чью-то дурную шутку.
— Так, — моё искреннее возмущение не произвело никакого впечатления на Морозова. — Пойдём от противного. Ты вообще кто такая, снегурка? Из гостей? Из здешней обслуги?
— И-из гостей, — проблеяла я.
— Неплохо. Хотя бы тут не соврала.
— Да я ни о чём вам не врала!
— А вот здесь рекомендую быть осторожнее, — зелёный взгляд в мгновение ока сделался пронизывающим и жёстким.
Морозов навис надо мной, успешно подавляя всякое желание ему перечить. Его ноздри хищно раздулись, будто он успел почуять мой страх и заодно пытался справиться со своим гневом. Он приподнял мой телефон и качнул им, привлекая моё внимание. Угрожающе прорычал:
— Вот эта штуковина выдаёт тебя с головой. А голова твоя соображает хреново, раз все доказательства оставлены на виду. Или…
Он сделал внушительную паузу.
— …или они оставлены на виду намеренно.
Я таращилась на него, как загипнотизированный удавом кролик, совершенно не соображая, о чём он говорил.
Какие ещё доказательства? Доказательства, мама моя дорогая, чего?
Может, он параноик? Сидит тут в коттедже, будто в засаде, и кого-то наверняка поджидает.
И раз никто, кроме меня, сюда так и не явился (наверняка всему виною метель), он точно готовится спихнуть все чужие грехи на меня.
Это соображение придало мне необходимые силы.
Или я вырываюсь отсюда, или… додумывать было слишком уж страшно.
Мой взгляд метнулся к вожделенному телефону.
Отчаянное положение требовало отчаянных мер, и попытка будет только одна.
Правда, додумать, эту мысль я не успела.
На моё счастье, Морозов стоял достаточно близко. Я со всей дури треснула ему носком сапога в голень. «Параноик» охнул и выругался, но на чистом адреналине я таки умудрилась выдернуть из его руки телефон.
Я помнила, что замок в этот раз не щёлкнул.
Это меня и спасло.
Рванула к выходу, дёрнула дверь на себя и вылетела в ночную стужу.
А спустя вечность адского снежного гона буквально рухнула в чьи-то объятья.
— Аська, господи… — потрясённо выдохнул Стас. — Где тебя черти носили?!
Глава 6
— Совсем сдурела! Куда ты денешься? — муж буквально прожигает меня взглядом.
Как это мы так стремительно скатились от его трогательных объятий и расспросов о моём состоянии до вот такого?
Буквально четверть часа назад меня, оглушённую произошедшим и до сих пор трясущуюся, втянули в гостиную снятого нами коттеджа, где я сбивчиво пересказала всё, что успело со мной приключиться.
На время я даже закрыла глаза на всё, что случилось до этого.
Мне нужны ответы. Разговор о нашем будущем житье-бытье мог чуточку подождать.
Так я считала.
Но оборачивалось всё не слишком обнадёживающим продолжением.
— Ты собралась прямо сейчас, посреди праздника, сматывать удочки и возвращаться домой?
За спиной у Стаса усмехается Таня. Его, оказывается, любовница. А ведь ещё вчера я считала её своей лучшей подругой…
— Серьёзно, Ась. Ну к чему этот цирк? Мы со Стасом за тебя переживали.
— Переживали?.. Видела я, как вы переживали! — утираю мокрые щёки, и сцены страстных «переживаний» без труда наводняют мои воспоминания.