— Ни у кого — ни у кого — нет ключа от моего дома. И никто не знает моего кода безопасности, — она обхватывает себя руками, крепко скрещивая их на груди, словно защищаясь от невидимой угрозы. — Я чувствую себя такой оскорбленной.
Видеть Тессу уязвимой тревожно. Она сильная и способная. Но сейчас что-то скручивается внутри меня — инстинктивное желание защитить ее, сохранить в безопасности. Я проглатываю это.
Я медленно обвожу взглядом гостиную и кухню. Ее дом прекрасен, в нем идеально сочетаются современные обновления и теплота. Я бывал здесь раньше — давным-давно, когда им владели родители одного из моих школьных друзей. Они переехали несколько лет назад, и дом в конце концов был выставлен на продажу. Ремонтные работы вдохнули в это место новую жизнь.
Потянувшись к ней, я приглашаю ее в свои объятия. Она колеблется всего секунду, прежде чем шагнуть вперед, сдаваясь в объятия.
— Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — бормочу я низким, ровным голосом.
— Почему? — спрашивает она, поднимая на меня взгляд, ее глаза встречаются с моими. — Ты даже не знаешь меня.
— Я знаю достаточно, — отвечаю я с ухмылкой.
От нее невероятно пахнет — жасмином и сладким ароматом клубничного шампуня. Я слегка отодвигаюсь, чтобы она не почувствовала растущую твердость между нами.
— Давай я помогу тебе поменять замки. Я знаю одного парня.
Отпуская ее, я достаю телефон и звоню Эду, надежному слесарю, которым пользуюсь уже много лет.
— Он будет здесь примерно через час, — говорю я ей после завершения разговора, убирая выбившуюся прядь светлых волос с ее лица и заправляя ее за ухо.
— Спасибо тебе, — тихо говорит она, нежно целуя меня в щеку.
Я улыбаюсь, чувствуя тепло ее губ на своей коже. — Я могу придумать несколько способов, которыми ты можешь отблагодарить меня, — шучу я.
Она смотрит на мои губы, затем снова в глаза, выражение ее лица игривое, но напряженное.
— Держу пари, ты сможешь, — отвечает она низким и дразнящим голосом.
Эта девушка... она пылкая, и я не могу насытиться этим.
— Раз уж я здесь, может быть, ты покажешь мне, что тебе нужно, — говорю я, указывая на заднюю дверь.
— Что? — заикается она, явно взволнованная.
— Снаружи, — говорю я, подмигивая. — Гостиная на открытом воздухе, которую ты хочешь переделать. А ты о чем подумала?
Она смеется, качая головой, прежде чем жестом пригласить меня следовать за собой. Когда мы выходим на заднее крыльцо, я окидываю взглядом обширный двор и озеро, раскинувшееся за забором. Ее сад представляет собой потрясающую экспозицию белых роз, и там, должно быть, по меньшей мере дюжина цветущих нежными гроздьями, их лепестки сияют в угасающих лучах солнца. Это великолепное место — безмятежное, тихое, маленький кусочек рая.
Она указывает области, которые хочет отремонтировать, и я уже представляю улучшения в своей голове. Проект был бы достаточно простым.
— Я вижу, у тебя есть душ на открытом воздухе, — говорю я, кивая в сторону небольшого деревянного строения в углу двора. Стены из темного дуба и ступени, выложенные галькой, ведут ко входу, дополняя спокойствие помещения.
— Это была единственная вещь, которая мне была абсолютно необходима, — отвечает она с очевидным волнением. — После пробежки или купания в озере я люблю ополаскиваться, прежде чем зайти в дом.
Мы подходим поближе, чтобы взглянуть, и в этот момент она спотыкается о насадку для подачи воды.
Из насадки для душа вырывается ледяная вода, мгновенно окатывая нас обоих.
Она визжит, ее лицо краснеет, когда она пытается выключить насадку. — О боже, мне так жаль!
Смех вырывается из моей груди, первоначальный шок быстро проходит. Я смотрю на нее сверху вниз, и у меня перехватывает дыхание — белая майка облегает ее изгибы, почти прозрачная, кружево лифчика и твердые пики сосков безошибочно угадываются под промокшей тканью.
Переводя взгляд обратно на ее лицо, я обнаруживаю, что она пристально смотрит на меня, и теперь в выражении ее лица появилось что-то более мрачное. Ее губы слегка приоткрываются, воздух между нами сгущается.
Подхожу ближе, моя грудь прижимается к ее груди, жар ее тела проникает в мое.
Я не уверена, кто двигается первым, но внезапно наши губы соприкасаются, отчаянные и голодные. Ее рука скользит по моей шее, притягивая меня глубже, ее язык встречается с моим в лихорадочном ритме. Я провожу пальцами по ее щеке, вдоль линии подбородка, затем вниз по шее к ключице. Она на вкус как сахар и желание, и я не могу насытиться.