Линия внутривенного вливания проходит в ее левую руку, в то время как назальная канюля доставляет кислород в ее тело. Эхом отдается ровный писк машин, навязчивое напоминание о ее хрупком состоянии.
Я придвигаю стул и сажусь рядом с ней, беря ее за правую руку. Она шевелится, и ее глаза распахиваются, затуманенные замешательством.
— Тесса? — шепчет она, ее голос едва слышен, но я слышу в нем страх.
— Все, я здесь. Я прямо здесь, — я сжимаю ее руку, и мы сидим в тишине. Она снова закрывает глаза, сжимая мою руку так крепко, что я чувствую давление до самых костей.
Меня будит чья-то рука на моем плече, и я обнаруживаю, что Элай стоит рядом со мной, держа по чашке кофе в каждой руке. Он передает одну мне, я делаю быстрый глоток и проверяю, как Элли. Ее глаза закрыты, и она всхлипывает, прежде чем задыхается, просыпаясь. Внезапный звуковой сигнал аппарата пугает всех нас, и она переводит взгляд, осматривая комнату, замечая присутствие Элая, прежде чем повернуться ко мне лицом.
Страх мелькает на ее лице, когда она хватается за край кровати, и ее дыхание вырывается неглубокими рывками. — Тесса, что-то не так.
Затем в палату входят медсестра и техник-радиолог. Медсестра быстро проверяет ее жизненные показатели, настраивая капельницу, пока техник готовится к УЗИ брюшной полости.
— Акушер скоро будет здесь, дорогая, — говорит медсестра спокойным тоном.
Голос Элая звучит ровно, но глаза выдают его беспокойство. — Я буду снаружи, — он кладет руку мне на плечо, нежно сжимая его.
Я киваю ему: — Хорошо, спасибо.
Я помогаю медсестре поправить халат Элли, и у меня перехватывает дыхание, когда я вижу синяки, расцветающие на ее животе, яркие и темнеющие с каждой секундой. Техник встречается со мной взглядом, между нами возникает тихое понимание, прежде чем она наносит толстый слой ультразвукового геля.
Тело Элли напрягается от этого ощущения, и я крепче сжимаю ее руку. Костяшки ее пальцев белеют, когда она морщится от боли. Мы оба пристально смотрим на экран, тревога вытесняет воздух из комнаты.
Стук в дверь прерывает тишину, и входит доктор Росс с картой Элли в руках.
В тот момент, когда доктор Росс начинает свою работу, я не могу отвести взгляд от экрана. У меня перехватывает дыхание, пока мы ждем ритмичного стука сердца, но вместо этого нас встречает тишина.
— Доктор Росс, — настойчиво говорю я дрожащим голосом. — Пожалуйста, взгляните еще раз.
— Что случилось? С моим ребенком все в порядке? — голос Элли срывается, и я не могу остановить слезу, которая катится из моих глаз.
Доктор Росс настраивает датчик, ее глаза напряженно вглядываются в экран. После долгой паузы она опускает его с тяжелым вздохом.
— Элли, мне очень жаль сообщать тебе, но сердцебиения не обнаружено, — говорит доктор Росс мягким, но твердым голосом. — Твои анализы показывают, что у тебя выкидыш.
— Нет. Нет! Вы должны проверить еще раз. Пожалуйста, это, должно быть, ошибка! — крик Элли — это грубый, проникновенный вопль, который разрывает мое сердце надвое.
— Милая, мне так жаль. Ошибки нет, — говорит доктор Росс мягким, но решительным голосом.
Слезы текут по лицу Элли, когда она издает еще один жалобный крик. Я наклоняюсь к ней, обнимаю ее и пытаюсь утешить, хотя едва могу дышать из-за собственного горя.
— Мне так жаль, Эл, — шепчу я, эти слова — слабая попытка облегчить ее боль. Рыдания сотрясают ее тело, и мои следуют за ними.
— Я попрошу медсестру принести ей успокоительное, — тихо говорит доктор Росс, прежде чем повернуться, чтобы уйти.
Результаты компьютерной томографии Элли показали, что внутреннего кровоизлияния в мозг нет, просто сотрясение мозга. Они планируют оставить ее на ночь для наблюдения. После того, как Ативан начинает действовать, она успокаивается, и ее тело, наконец, расслабляется и погружается в сон.
Элай и Джейс заходят проведать ее, каждый пытается убедиться, что с ней все в порядке, но я не могу заставить себя отойти от нее. Я в ужасе от того, что может случиться, если я это сделаю.
Приходит помощник шерифа, чтобы взять показания у Джейса и Элли. Несмотря на их усилия, власти по-прежнему не могут разыскать Далтона, у которого есть действующий ордер на арест.
Входит медсестра с подносом еды — куриный суп и желе, — но Элли едва замечает это, тупо уставившись на поднос.
— Элли, тебе нужно что-нибудь съесть, — уговариваю я, мой голос нежен.
Она качает головой, ее взгляд становится отстраненным, когда она отворачивается к окну.