— Да? Отлично, теперь заставим их ещё и говорить о нас,– не дожидаясь окончания мелодии взял крепко мою ладонь в свою и потянул меня на балкон через всю залу. Все расступались, а я, признаться, так сильно ещё никогда не краснела. При этом тщетно старалась держать голову как можно выше и смотреть так, словно ничего странного не происходит.
Оказавшись в мнимом уединении, я тут же набросилась на Дейвила:
— Помимо всего прочего, мне необходимо сохранить репутацию порядочной женщины! Мне ещё сына вводить в это общество! А вы действуете каким-то диким нахрапом, как медведь! Гризли какой-то!
— Кто?!– он хохотал. В глазах плясали миллион чертей , ухватившись за животики, и останавливаться не собирались.
— Гризли! Наглый и самовлюбленный!
— Софи, так дело не пойдёт. Желание пропадёт тебя выручать. Надо своего любовника стимулировать. Давай , подбирай-ка аллегории и эпитеты, которые будут холить и лелеять моё тщеславие, – он продолжал смеяться.
Я смотрела в его глаза, на его ухмыляющийся рот и до меня стало доходить:
— Вы издеваетесь надо мной?
— Нет. Любуюсь и жду момента, когда будем целоваться.
— Что?
Тут сзади раздались какие-то шаги и шорох. И практически мгновенно Гризли схватил меня и начал целовать. Вначале я даже не сообразила, что произошло. А потом... потом вообще забыла где нахожусь. Его руки притягивали меня к себе, его правая рука держала меня за затылок, левая обхватывала меня за талию. Он прикусывал мои губы, лаская языком, а когда я разомкнула их, пытаясь сказать что-то, то он ворвался внутрь и всё...
Очнулась я, когда он слегка меня отпустил. Весь какой-то потрёпанный, рубашка расстегнута, волосы всклокоченные, дышит словно пробежал пару кварталов гружёный углём. При этом его глаза были словно чёрный омут. Смотрел он так, словно сейчас он сдерживается из последних сил, чтобы меня не закинуть на плечо и не унести в свою берлогу, из которой выпустит меня не скоро.
— Ты невероятна, кошка. Пожалуйста, в следующий раз чуть меньше пылу. Иначе я не сдержусь и твою репутацию будем собирать по крупицам очень долго. Очень.
Я смотрела и ничего не понимала. Вот я злюсь на него, потом поцелуй, потом рай в его объятиях, его поцелуи, мои стоны, боюсь его отпускать, при этом мне необходимо его трогать, касаться... Стоп! Софи! это я его так растрепала?
Дейв умело убрал мои волосы, тщетно пытаясь создать видимость былой прически. Провёл пальцами по моей шее, а я вспыхнула от непрошеного желания и мгновенной мысли «чтобы это не кончалось». Потом слегка подтянул мой лиф и я с ужасом поняла, что груди почти полностью были оголены. Боже! Что же я творю?
Дейв наклонился ко мне, встретившись со мной взглядом. Его глаза все так же сверкали заманчивым омутом, в который уходят по собственному желанию раз и навсегда. Обхватил мою голову своими ладонями и тихо, словно с несмышлёным ребёнком:
— Софи, сейчас ты пойдёшь внутрь, выпьешь немного шампанского. Возможно, танец и домой. Все, кто должен был нас увидеть, уже получили самую сказочную и сочную картинку, которую не могли бы встретить даже в бульварных романах. Я приведу себя в порядок и подойду через пару минут. Девочка моя, ты меня понимаешь?
Я не смогла ничего ответить, просто кивнула и сделала шаг в сторону. Дейв тут же притянул меня обратно в свои медвежьи объятия. Крепко обнял. Слегка поцеловал в макушку, шепча прямо в волосы :
— Ещё секунду. Я скучал.
— Мы не виделись всего пару часов,– прошептала ему прямо в рубашку.
Смешок.
— Как же я скучал, кошка.
Через пару секунд он выпустил меня из объятий и слегка подпихнул к бальной зале.
— Кстати, тебе просто необходим новый гардероб. С твоими платьями удивительно, что ты не стала чьей-то любовницей на предыдущем балу.
— Мужчины, вы совершенно не умеете себя сдерживать,— совершенно счастливая я шла в залу. Не знаю откуда такая легкость. И понимание, что все на своих местах. Словно я должна целоваться с Уайлдом на балконе, и не ждёт только. Видимо, со стороны я представляла собой любопытное зрелище. Шла, не видя никого вокруг. Улыбалась сама себе и своим ощущениям. Давно забытое чувство собственного счастья и абсолютной свободы. Только моё. Словно я молодая, Анна жива, отец жив, а я скачу на своём жеребце в Уилтшире.
Мимо проходил слуга с шампанским. Я взяла бокал и глотнула прохладной жидкости, чтобы слегка охладить своё возбуждение.
Вдруг передо мной появился Фредерик. «Черт!». Все так было хорошо. Зачем ему вздумалось портить мне вечер?