— Не смущайтесь, мэм, я не первый раз хозяина застаю с голыми женщинами.
"Всё! Лучше самого холодного душа! Софи! Все. Забудь. Этого больше повторять нельзя». Ещё не хватало влюбиться в самого неподходящего для этого человека.
Приведя себя в порядок с помощью болтушки Мари, у которой язык был явно без костей, я уже хотела уходить, как она сделала большие глаза и испуганно заговорила:
— Нет, мэм, нет! Вам нельзя выходить! Сэр Уайлд сказал, чтобы вы лежали и я с вас глаз не спускала иначе выгонит меня к чертям... ой! Выгонит меня.
— Таааак...- началось моё заточение в башне главного злодея , подумала я и была ух как не права.
Через час в комнату ворвался Максимилиан , за которым шёл Дейвил.
— Мам, Мам! Я плоснулся!! Кушаем и Дейв мне покажет конюшню,– с большими удивленными глазами делился со мной сын,– обними меня, поцелуй и мы пошли!
Я рассмеялась. Да, вот кому тут раздолье! Ему срочно нужна будет няня, надо поговорить об этом с Уайлдом. Тот же стоял посередине комнаты и просто смотрел на меня. Я не понимала его взгляда. Словно пожирал меня глазами. Стало трудно дышать , сердце забилось.
— Как чувствуешь себя, жёнушка ?
Отлично. Быстро пришла в себя.
— Замечательно, муженёк,– в такт ему ответила я.
— А мне нравится, называй меня так почаще,- ухмыльнулся он,— у тебя постельный режим ещё шесть дней.
Я хотела возразить, но он пресёк мои слова:
— Даже не начинай. Только если ты выполнишь это предписание, я пошлю за няней для Макса в Лондон и твоей горничной.
Я уставилась на него. Он что, мысли мои читает?!
Устный договор был составлен и подкреплён моим вынужденным согласием и начались самые ленивые дни в моей жизни.
Честное слово, я так не отдыхала ни разу в жизни. Если только в самом детстве, когда я была совсем маленькой.
Дейв приносил мне подносы с едой и составлял компании за трапезой. Он оказался невероятно интересным собеседником. С великолепным чувством юмора. Мы хохотали часами напролёт. Максимилиан, кроватку которого поставили в моей комната, постоянно подбегал с криками: « И мне! И мне расскажите!” Дейвил без особого усердия очаровал сына, который в нем души не чаял буквально через несколько дней, просыпаясь с его именем на устах. А я радовалась, что хотя бы некоторое время пример настоящего мужчины будет у него на глазах.
Поэтому, когда Уайлд притащил доску и обьявил, что решил научить меня играть в шахматы, я не стала ему противиться и разочаровывать. А мужественно выполняла свою роль первое время. Правда, ближе к середине, я забыла про это и увлеклась игрой.
— Кто тебя учил играть, Софи?— я растерянно подняла голову на его вопрос и столкнулась с его прищуренным взглядом. Ой!
— Так мы с папой проводили время, пока Анна играла с куклами,– мне было неловко, что он понял мой обман,– а ты – потрясающий учитель. Мне понравилось. И тем не менее, теперь держись, муженёк!
И к нашим беседам с этого дня прибавилась ещё игра в шахматы. Это была настоящая семейная идиллия. Словно сказка для маленьких девочек, где все счастливы. Даже когда ещё через два дня я все таки решила сходить на улицу и стала невольным свидетелем занимательного разговора, это нисколько не испортило мой день. Подойдя к конюшне я услышала голоса, которые показались смутно знакомыми:
— Да я тебе говорю, что это она!
— Не может быть! Ты ошибаешься!
— Такую забудешь! Красотка!
— Да у хозяина все телочки красотки!
— Эта особенная! Вспомни, как он рвал и метал, когда она сбежала!? Не помнишь?! А то как ты месяц провалялся со сломанным ребром, когда решил поумничать и сказать «другую найдёте, сэр, ещё краше»?
— Та, которая с задранными юбками?.. Это она?! Боже упаси нас от неё. Ничего хорошего она в этот дом не принесёт. Побыстрее бы хозяин ее оставил.
Я уже не выдержала и зайдя в конюшню попросила оседлать мне самую смирную лошадь для прогулки. Нет, конечно , не собиралась на ней никуда скакать. Просто захотелось прервать это обсуждение меня, да ещё и не в самом приятном свете. Мужчины , опустив головы вниз и бормоча что-то себе под нос, пустились выполнять приказания. Уже выходя из конюшни и ведя лошадь под уздцы сказала, обернувшись в пол оборота:
— Представьтесь, пожалуйста.
—Сэм, мэм.
— Джо.
— Хотела вас поправить, Сэм и Джо, на будущее. У сэра Дейвила не "телочки”, а женщины,– подумав, добавила,– и, примите мои искренние соболезнования, я задержусь. Кстати, забыла представиться. София Грэм Уайлд, жена вашего столь замечательного господина.